Согласившись, накидываю на себя пальто и выхожу следом за ним.

— Куда они отвезут всё? — спрашиваю, войдя в лифт.

— В апартаменты. Ты ведь еще не нашла новую квартиру?

— Нет, — задумываюсь. — Если честно, мне было не до этого.

— Предложение Демида в силе. В любое время ты можешь переехать туда, — его глаза замирают на моих, всматриваются в самую глубь, будто выискивая что-то, что неподвластно даже моему сознанию.

Ничего не отвечаю ему и отвожу взгляд, не выдержав его силы. Я для себя все решила. Не хочу, чтобы в моей жизни оставалось что-то, что будет связывать меня с ним.

— Тебя ждёт внизу машина. Водитель отвезёт, куда скажешь.

— Хорошо, спасибо.

Мы выходим на улицу, подходим к его автомобилю. Я прощаюсь и хочу уйти, но он задерживает меня, взяв за руку, чем приковывает моё внимание к себе.

— Почему ты не рассказала Заре правду? — обескураживает своим вопросом.

— Ты хочешь поговорить об этом сейчас? — еле дышу, находясь в полуметре от его губ.

— Хочу кое-что понять для себя.

Он отпускает меня, и я делаю шаг назад, чтобы позволить рассудку мыслить трезво.

— Ей не нужна эта правда.

— Что это значит? — скрестив руки, облокачивается спиной к машине.

— Значит, что от этой правды никакой пользы. Зара не из тех женщин, кто сможет уйти от мужа, так зачем ей попусту причинять боль?

— То есть, ты сторонница сладкой лжи?

— Я сторонница той правды, которую человек в силах пережить.

— Какую правду не способна пережить ты? — меня начинают настораживать его вопросы. Не понимаю, к чему он хочет подвести меня.

— Сложно сказать…

Почему-то в голове всплывают фотографии бабушек, на которых, как оказалось, я совсем не похожа, и родители, в чьих глазах я тогда прочла страх. Я забила в себе сомнения, что стали вытекать после того дня. Решила не рисковать и не прыгать в колодец, который может оказаться без дна.

— Наверное, я бы не хотела узнать, что моя семья мне не родная, — это вырывается из моих уст настолько неожиданно/на автомате, что мне хочется прибить саму себя за бесконтрольность.

Хочется думать, что Роланд не расслышал шёпот моего откровения, но это невозможно. Он реагирует мгновенно, становится тяжелее и сосредоточенней.

— Почему ты вообще об этом думаешь? — прищурив взгляд, снова лезет мне под кожу, заставляя сотрясаться под его влиянием.

— Ты спросил — я ответила. У каждого свои слабые места, наступив на которые, можно сломать человека навсегда. Для Зары слабое место — её семья и муж. Она его очень любит. Уверена, больше, чем любила я, поэтому пусть живет так, как жила всегда. И ты не вмешивайся.

Я хочу уйти, уйти от позора собственных слов, но он снова хватает меня за руку и тянет к себе.

— Чтоб больше никогда не слышал, что ты его любила, — шипит сквозь зубы, а потом бесцеремонно впивается в мои губы жарким поцелуем.

Задыхаюсь. А потом начинаю жадно впитывать его в себя, как последний источник кислорода. Он сводит меня с ума. До скрипа ненавижу свою слабость перед ним. Ненавижу, что так сильно хочу его. Его всего. В любое время дня и ночи. Это настолько безрассудно, что аж хочется выть от бессилия перед своими желаниями.

Но не успеваю я насладиться им, как он разрывает меня на части, огорошив новостью:

— Я нашёл Ариану, — остановившись, тихо шепчет в губы.

Я мгновенно отлетаю от него, будто меня ударили током. Смотрю на него в полном недоумении и пытаюсь понять, что только что произошло!

— Что ты сказал? — переспрашиваю сквозь дрожь в голосе.

— Ты услышала.

Мне хочется его придушить и самой провалиться сквозь землю. Как можно быть такой дурой и раз за разом позволять ему так искусно меня унижать своими словами и поступками?!

— Ты сейчас ждёшь, что я разрыдаюсь от горя или радости? — стою и стараюсь скрыть всю злость, что огнём прожигает кожу.

— Нет.

— Тогда что это только что было? Ты считаешь, что о таком нужно сообщать через поцелуй?

— Тебе пора, водитель заждался, — он разворачивается и хочет открыть дверь своей машины, пытаясь таким образом отвязаться от меня.

— Ну уж нет, — хватаю его и встаю перед ним. — Для чего ты сказал мне это? Решил в очередной раз унизить?

— Нет, Медея, — отвечает устало. — Я не думал целовать тебя.

— А сообщить об Ариане? Ты для этого спрашивал о Заре, хотел убедиться, что не вскрою себе вены от этой новости?