— Это не те люди, которые перестают преследовать тебя, потому что ты пролетел над океаном, Джоэл.

— Не волнуйся, братишка, — говорит Джоэл, усмехаясь. — У меня все схвачено. Все, что ты должен сделать — это отдохнуть и набраться сил для сегодняшней ночи. Если все пройдет хорошо, то завтра утром мы будем в самолете, летящем в Италию. — Он щелкает пальцами и закрывает дверь, оставив меня пялиться на белую древесину.

Терпеть не могу этого парня.

— Знаю, что это опасно, Джай, но взгляни на это с другой стороны, — бормочет Эмили, вырисовывая пальцами круги у меня на спине. — Если это увеличит шансы, что ты вернешься ко мне целым и невредимым, то я за.

Я выдыхаю, сосредоточившись на нежном прикосновении ее губ на моем плече и легком касании пальчиков на бедре. Возможно, она права… возможно, прав Джоэл.

Мой член дергается, пробуждаясь ото сна, когда Эмили начинает ласкать внутреннюю сторону моего бедра. Я откидываюсь на полушки, а Эмили подается вперед, вставая на колени и закидывая ногу на мои бедра, чтобы оседлать меня. Головка моего члена жадно прижимается к ее плоти, умоляя впустить его внутрь.

— Ты хочешь меня? — спрашивает она, проводя ладонями по моей груди и рукам.

— Всегда хочу.

— Тогда ты должен позволить Джоэлу сделать все возможное, чтобы вернуть тебя ко мне — даже если это означает, что нужно объединиться с плохими людьми, ради борьбы с общим врагом. — Она опускает голову к моей груди и прижимается ушком, слушая биение моего сердца. — Знаю, что не должна зависеть от тебя так... но без тебя я распадусь на части.

Одной рукой я обнимаю Эмили за плечи, другой — за голову. Меня бесит поступать так с ней — заставлять ее жить в страхе потерять единственного человека, которого она впустила в свое сердце, но у меня нет выбора. Я человек слова... человек, который сделает все, чтобы помочь своей семье. Как бы я не был не согласен с Джоэлом, я должен помочь ему. Я обязан ему. Он посвятил годы своей жизни воспитанию меня и Джессики. Я должен вернуть ему долг.

— Я люблю тебя, — шепчу я Эмили в волосы.

Она наклоняется ко мне. На мгновение мы застываем, пристально глядя друг на друга, многозначительная тишина объединяет нас.

Затем она целует меня.

Жестко.

Так жестко, что высасывает воздух из моих легких и заменяет его неумолимым желанием трахаться. Я прижимаю Эмили к себе, а она раздвигает бедра, позволяя моему члену скользить между нами. Эмили вжимается в меня бедрами, скользя своей прекрасной киской вдоль моего члена. Несмотря на все это — несмотря на биение ее сердца напротив моего, тепла ее тела и скользкую жидкость между нами — я не могу избавиться от неприятного ощущения внизу живота.

Не могу.

Удар

Эмили

Я смахиваю непрошеную слезу, когда она скатывается по щеке. С другой стороны дома, на заднем крыльце, мужчины обсуждают тактику, меняя план, чтобы освободить место для банды Джокера.

— Мы можем войти через заднюю дверь, а Джокер со своими парнями через переднюю, — слышу я заявление Джоэла, сопровождаемое согласием Джая.

День пролетел быстро — слишком быстро, чтобы я смогла вспомнить, что делала. Мы с Джаем провели большую часть дня в постели, наслаждаясь компанией друг друга, но не могли же мы вечно лежать под простынями. Как бы я ни старалась удержать нас там. В конце концов, пришлось присоединиться к остальным парням внизу. Я не могла вынести вида кухни и гостиной, когда увидела их — и до сих пор не могу — вот почему я сижу на крыльце, дуясь на свой дурацкий фруктово-овощной сок, который Джоэл продолжает готовить для меня. Пушки, все возможные виды пистолетов, гранаты и ножи захламляют дом, и реальность сего факта пугает. Это моя жизнь. Я в каком-то сумасшедшем кошмаре, а не во сне. Пребывание в домике у озера затуманило мой взгляд на эту ситуацию — пребывание с Джаем уменьшило мой страх.

Банды.

Криминальные авторитеты.

Психопаты.

Убийцы.

Я вообще смогу выбраться из всего этого живой? Кто-нибудь из нас? Нас четверо против целой армии. Шансы кажутся такими ничтожными.

Оглушающий звук мотоциклов эхом разносится сквозь деревья, что окружают наш домик у озера, отчего толстые щупальца страха проникают в мою грудь.

«Испорченные Сыновья» здесь.

Тяжелые сапоги позади меня стучат по дому, становясь все ближе и ближе. Хасс, Тэд, Джоэл и Джай оказываются на крыльце за моей спиной. Я выливаю стакан сока в увядающий кустарник рядом со ступенькой и вскакиваю на ноги. Блестящие куски металла и пластика мелькают в просветах между деревьями и проникают на наш газон. Их, по меньшей мере, человек пятьдесят, следом восемь машин, разных по размеру, но все полностью черные и имеют один и тот же логотип бешеного быка.

Я хватаю подол своего лонгслива и натягиваю его ниже простой пряжки ремня. Мои колени дрожат, пока мужчины перед нами аккуратно выстраивают свои байки в ряд и заглушают двигатели. Отсюда они выглядят такими страшными... во всей этой черной ткани, коже и татуировках. Я осматриваю их и во втором ряду, третий слева, вижу руку, машущую мне. Отец, он же Ворон. Ублюдок, который не помог, когда Джокер приставил пушку к голове Джоэла. Я киваю ему и быстро перевожу взгляд на мужчину на самом дорого выглядящем мотоцикле. Он расслаблено откидывается, держась за руль, и наклоняет голову в нашу сторону. Вокруг лица у него повязана черная бандана с принтом нижней половины черепа, а глаза закрывают пара светоотражающих очков.