Гендель развернулся:

— Да тупиковую твою жилу!

— …в Батоне не последний чувачо-ок! — Кент явно увлёкся.

Лицо Чекана подёрнулось удивлением, он неприятно поёжился плечом, на котором лежала рука Властелина.

А белобородый гном закрутил головой, понимая, что всех шестерых певцов ему одному не успеть обезвредить.

Тут же загремел басом Бобр:

— Братан наш тем не менее, братан наш тем не менее, всё круче, но всё так же… новичо-о-ок!

«Блин, Бобр!» — огрызнулся я.

«Герыч, а я-то чего?»

Вайт о чём-то догадался, и тут же повернулся ко мне.

— Ты-ы… — прошипел он, — Это всё ты!

В этот момент Оркос перестал корчиться и застыл. Не знаю, его ли смерть повлияла, или магия просто кончилась, но я едва не упал на колени, когда задеревеневшие мышцы вдруг проснулись.

Я знал, что вся команда отмерла, потому что мне прилетело удивление от тиммейтов. На миг в пещере воцарилась тишина.

Вайт уже был близко, оттолкнулся, чтоб сбить меня с ног, и я на непослушных ногах нырнул в сторону.

Ну же, Лекарь, жги!

И тут зазвучал его чистый голос под сводами:

— И слиться нам нельзя, отца спасё-ём мы-ы… от э-этой нездоро-овой красноты-ы!

Глаза Чекана округлились и мигнули, будто где-то светодиод замкнул. Он сильнее дёрнул телом, пытаясь освободиться то ли от плёнки портала, то ли от той самой руки, которая теперь схватилась за него, стиснула плечо, продавливая кожаную куртку барда.

Я использовал все навыки разбойника, чтобы увернуться от атак Вайта. Ни фига себе, целители пошли — да он по быстроте любому асассину даст фору.

Через секунду появилась сбоку кошачья тень, но целитель легко увернулся, да ещё добавил ударом львице скорости, и та улетела далеко, сбив с ног спешащего на помощь Бобра.

— Иди сюда, крошка батонская! — Гендель сделал обманное движение, и едва не схватил меня.

Я дёрнулся, падая на лопатки.

«Чувак, мне нужно семечко!» — прилетело от Кента.

— А слиться мы всегда, всегда успе-е-ем! Тепе-ерь мы ждём, Чека-ан, что скажешь ты-ы…

И сознание Лекаря оборвалось, улетучилось из моей лидерской сети. Я понял, что Толя выжал из себя всё.

А Чекан зажмурился и застыл, обняв гусли. Его трясло мелкой дрожью, и эта рябь отзывалась на всей плёнке портала. Синяя рука дёргала его, пытаясь втащить обратно.

Тут Вайт всё же подсёк меня ловким кувырком, повалил на пол, и упёрся бородой мне в подбородок:

— Что, готов сдохнуть за отца, жила тупиковая?

В моей руке оказался серп-кинжал, но Гендель легко перехватил его и вывернул мне ладонь. Пипец, ну и сил у гнома!

Другой рукой я схватился за кошель, открыл… Надо успеть передать семя, и получить настоящее зелье.

Из кошеля ударил свет, Вайт закрылся ладонью:

— Крошка батонская, так осколок же у тебя, я и забыл! Надо отдать властелину!

Он только протянул руку к моему кошельку, как вдруг гнома сорвало с меня куда-то в сторону, а мне в лицо ударила каменная крошка.

Пуф-пуф-пуф! Ёжик Биби ровной очередью снял Вайта, тот закувыркался, но вокруг целителя замерцало силовое поле. Нет, его так просто не возьмёшь!

Чекан в портале так и стоял, зажмурившись. Синеватая рука на плече уже поглаживала его, успокаивая.

Но воздух вибрировал, эхо последних слов Лекаря так и гуляло между колоннами в темноте. Да, Чекан, мы ждём твоего ответа!

«Проснись, папа!» — только и мог я посылать в пустоту.

Так, Гончар, нашёл время лежать! Я развернулся на живот, разыскал по мысленному пеленгу Кента. Он без особой ловкости карабкался по скалам, пытаясь поднять руку и показать, где он.

«Блин, я же лидер! Я всегда знаю, где ты!» — подумал я, вытаскивая из кошеля семечко Лотоса.

Биби была ближе, и я бросил ей.

— Передай Кенту!

— Хорошо! — Биби кивнула, и тут же сказала, — Ой!

Я обернулся. Вайт, закрывшись прозрачной сферой от залпов каменного ёжика, начал схлопывать красные свитки один за другим, и его стал окутывать красный свет.

Судя по глазам, Гендель уже действовал без особого плана.

— А теперь вы увидите, крошки батонские, гнев Дворфича!

Блонди и Бобр стояли рядом, не рискуя приблизиться к щиту Вайта. Встав, я подхватил валяющийся рядом серп.

— Наш Дворфич лучше, — ответил я.