Точно, это Кадис Древорукий, первый шаман! О нем рассказывал Элмер. И, между прочим, они оба на одно лицо. А значит, эти существа — как их… флогероны. Только почему такие маленькие? Странно. Староста говорил, что его народ почти полностью вымер, но этих зеленых человечков здесь пруд пруди. Что-то не сходится. С другой стороны, то, что лилипуты очень похожи на Элмера и его собратьев, не вызывает сомнений. Немного светлее кожа, более выпуклые глаза, маленький рост — вот, пожалуй, и все отличия. Может, они все раньше такими были, а, попав на другие острова, заметно подросли? Пойди разберись.

Знание мира: +1. Текущее значение: 86.

Получено задание: Выбраться из плена.

Маруся уселась на небольшой камень, выступающий из стены в глубине нашей темницы, и принялась развязывать Диогена. Сбоку тут же шагнул воинственный лилипут с трубкой в руке и предупредил:

— Не летать! Иначе плюну вольрувой!

Честно говоря, я уже притомился жить по чужой указке. И в том, что мы попробуем сбежать, не сомневался. Другой вопрос — куда? Эти существа хотя бы не пытаются нас немедленно сожрать. А там, наверху, поджидают Живые. Прав был Серый — стоило сразу же идти вдоль кромки воды на другую сторону острова. Глядишь, наткнулись бы на Вернувшихся.

— Привет, — послышалось сбоку.

Осмотрелся — никого. Народ у клетки уже не толпился.

— Я тут, внизу.

На земле, у самой решетки, на корточках сидел орчонок (пока я не убедился, что малявки и Элмер одного племени, флогеронами их называть не с руки). Причем, судя по виду, ребенок. Красные глазки пристально изучали меня, даже рот приоткрылся от любопытства. На нем было странное одеяние из кусочков замши и кожи.

— Ты кто? — спросил я.

— Лугдес, — представился мальчик.

— А я Рокот.

— Это твой меч?

Он кивнул на небольшую приступку вдоль стены, где лежали наши сумки и оружие. С моего места это подобие лавки видно не было, мне пришлось встать в самый край клетки, чтобы его разглядеть. Так, прекрасно, значит, до шмота совсем недалеко. Если резво разломать прутья и выскочить, до него несложно добраться. Только не сейчас, а когда эти любители вольрувы — видимо, так они называют парализующие шипы — заснут.

— Мой. Нравится?

— Ага. Только он больно тяжелый. Взрослые еле дотащили. Ты как его носишь?

— Для меня он легкий.

Видимо, мальчик понял ответ в том смысле, что у меня недюжинная сила, потому что уважительно посмотрел на мои руки и покивал.

— А что это на тебе? — поинтересовался я, ткнув пальцем в его странную одежду.

— Мама сшила. От других жертв осталось.

Упс. Лучше бы не спрашивал.

Серега, видя, что я завожу знакомство с аборигеном, придвинулся ко мне и подмигнул пацану.

— Здорово, я Серый.

— Тебя, наверное, первым принесут в жертву, — задумчиво взглянув на него, выдал Лугдес. — Или вон ее, — он ткнул пальцем в Марусю.

Мне захотелось прибить маленькую сволочь, но Серега и ухом не повел. Сев на корточки перед орчонком, он поинтересовался:

— А зачем?

— Чтобы Кадис Древорукий защищал. Иначе нас сожрут Живые.

— А может, наоборот? — раздался Марусин голос. — Они вас едят в отместку за то, что вы приносите в жертву странников?

Она стояла за моей спиной и насмешливо смотрела на мальчика. Тот даже рот приоткрыл от удивления — такая мысль явно не приходила ему в голову. Он замер, обдумывая услышанное, и в этот момент к клетке подошла пара зеленых человечков. Каждый из них держал в руке по маленькой плошке, казавшейся им, наверное, здоровенной бадьей.

— Еда, — сказал один, ставя миски на пол и с опаской просовывая их между прутьев.

О, здесь еще и кормят? Ну здорово, олл инклюзив, блин. Но пожрать и в самом деле надо. Я придвинул к себе плошку, и меня слегка передернуло. Ее наполняла вязкая шевелящаяся каша, в которой явственно выделались отдельные жучки.

— Ешьте, — радостно сказал Лугдес. — Я сам попросил для вас готопов с фермы. Они очень вкусные!

Но Маруся, наплевав на законы вежливости, с отвращением фыркнула.

— Лучше с голоду подохнуть, чем есть такую гадость.

— Почему? — искренне изумился мальчишка. — Это самая лучшая еда! Готопы так хрустят! А когда отрываешь лапки — они все равно дергаются. И еще после них зрение обостряется.

— А мышей в меню случайно нет? — влез Диоген.

— Видишь ли, — перебил я, сердито покосившись на филина. — Странники не едят насекомых. Может, у вас есть какие-нибудь фрукты или овощи?

Мясо просить я поостерегся, неизвестно, какое они притащат.