В пустующей квартире этажом выше я оборудовал спортзал, где занимался до одури. Много времени уделял, учась стрелять, поскольку в училище этим толком никто не занимался. Мне никто не препятствовал, поскольку я оборудовал стрельбище и привел в порядок документацию хотя бы в этом вопросе. Если вдруг приедет какая комиссия — будет что показать.

Когда от отсутствия женщины начинала ехать крыша, трахал Любку, жену начштаба. Она считалась местной королевой красоты, поскольку имела на лице следы былой привлекательности и была в меньшей степени потасканной, чем остальные бабы. Первый раз она пришла ко мне сама, затем я старался делать это тайком, а потом уже забил и приходил за ней прямо при муже. После секса долго и тщательно отмывался, испытывая гадливость и к ней, и к себе.

Не мое это, так служить. Увольнение из армии было тем еще квестом по поиску того, кому сунуть и сколько, но за два года я все же справился.

Некогда в интервебе мне попалась на глаза и понравилась фраза: «Я геймер не потому, что у меня нет жизни, а потому, что я хочу прожить много жизней». Я далеко не задрот, но геймером назвать себя вполне могу: компьютерные игры были одним из моих увлечений с детства. «Элитспейс», первые части «Героев Власти и Магии», «Вагнеры», «Бета Сириуса», «Фолл-ин», «Раггед Альянс», рогалики без графики и первая онлайн-игра «Ультиматум»… В сравнении с современными они были довольно сложны и недружелюбны к игроку, что, видимо, и сформировало мои предпочтения в дальнейшем.

Живя в дыре у черта на рогах, я увлекся «Космос Онлайн». Для этой игры мой невысокий онлайн и плохой интервеб не были значимой проблемой, из-за чего я в основном и начал в нее играть: в те годы игра была намного менее привлекательна, чем стала потом, во времена своего расцвета. Эта игра изначально была интернациональна, а основной язык общения — английский. В отличие от других онлайн-игр, она не была пристанищем школьников, и средний возраст игроков колебался около тридцати лет. Там я познакомился со многими интересными людьми и стал приятельствовать с несколькими военными из других стран. Большинство из них были существенно старше меня по возрасту и званию, но интервеб хорошо сглаживает такие различия. Мы болтали, рассказывали друг другу всякие приколы со службы, хаяли тупость начальства и системы в целом. За время нашего знакомства один из них, американец, командир взвода морпехов, ушел из армии и стал совладельцем небольшой частной военной компании. Узнав о моем увольнении, он сделал мне предложение присоединиться к нему. Уходить из армии снова в армию, только частную и в другой стране, не особенно хотелось, но других предложений не имелось, возвращаться жить к родителям я счел неправильным и в итоге согласился.

Кто-то может сказать, что это не патриотично и, наверное, будет прав. Только вот патриотизма у меня к этому времени уже не осталось.

В основном ЧВК не принимают участия в боевых действиях, а занимаются охраной объектов, сопровождением конвоев и вообще обеспечением воинских контингентов, находящихся в «точках напряженности». Более девяноста процентов состава — это не суровые наемники, псы войны, которых показывают в фильмах, а водители, повара и уборщики.

Два года сопровождал грузы в Африке и Азии, быстро продвинувшись из рядовых до начальника конвоя. Как и любой человек на моей должности, я не был кристально чист перед законом. В основном занимался контрабандой оружия и ценных предметов, но и всякое другое тоже бывало.

По итогам одной заварушки, когда мои работодатели, де-юре соблюдая буквы договора, по факту поступили как последние уроды, я покинул свое место работы и присоединился к компании, которую правильнее всего было бы назвать авантюристами. В составе более-менее постоянной группы, как мне было сказано, «непоседливых людей, умеющих владеть оружием и не стесняющихся применять его» я провел четыре года, наполненных тем, что уцелевшие теперь могут назвать приключениями. После чего вместе с некоторыми знакомыми ввязался в подготовку революции в одной из стран черного континента, правитель которой что-то попутал и решил пытаться проводить независимую политику. Вообще, лезть в подобные вещи — затея гиблая, но здесь явно торчали уши Дядюшки Боба и я был на его стороне, а потому заведомо оказался в числе победителей.

Дело получилось долгим и кровавым. За два года гражданской войны деградация экономики несчастной Банании побила рекорды Зибвамве, население уменьшилось на семьдесят процентов, уровень жизнь скатился чуть ли не в каменный век, зато политический курс сменился на угодный мировому гегемону. Для меня же все закончилось красивыми суммами на счетах и широкой известностью в узких кругах.

Теперь я выступал в роли не просто наемника, а военного специалиста, приглашаемого для решения проблем соответствующего характера. После нескольких успешных операций мой авторитет высококвалифицированного и удачливого командующего стал цениться очень высоко, и я получил приглашение занять должность заместителя министра обороны от короля небольшой страны на алмазном берегу. Сам же министр обороны был лучшим другом и собутыльником его величества, поэтому заниматься своими прямыми обязанностями даже не думал. От таких предложений сколько-нибудь разумные люди не отказываются.

Сначала я зачем-то попытался поработать нормально и действительно сделать из поддерживающей правителя кучи бандитов, пусть маленькую и легко вооруженную, но хоть сколько-то боеспособную армию. Но мои действия не встретили понимания ни у кого, включая моего нанимателя. Честно говоря, вообще не понимаю, зачем королю понадобился именно я. Воевать ни с кем, кроме собственного народа, он не собирался. Пока американцы добывают здесь то, что им нужно, местная элита получает космические бабки и живет в своих охраняемых кварталах, не зная забот, абсолютно вся работа выполняется приезжими европейцами, а как живет население страны, никого не интересует. Поскольку охраной высокопоставленных лиц и работой полиции уже занимались компетентные специалисты, мои задачи остались неясными.

В целях собственной безопасности и ради личной власти я сообразил очень приличный спецназ из наемников. Затем создал гвардию, имеющую исключительно парадные функции, после чего проникся здешними традициями и начал усиленно грести под себя.

В этой должности я пробыл два года, пока не начал чуять, что пора сваливать, ибо король стал испытывать некоторое недовольство моим начальником. Будучи единственным заместителем, сложно было не догадаться, кто останется виноват во всех реальных и мнимых грехах, причем не только своих. Подобные проблемы здесь решаются просто: укорачиванием на голову. Сославшись на то, что старые раны не дают мне служить должным образом, я попросился в отставку и, сдав дела назначенному преемнику, уехал в Россию.