И ведь так оно и было до этого момента.

А теперь вся моя группа будет думать, что это был я. И ведь так оно и было, поскольку даже без моей рожи можно было понять, что среди приглашённых только я один пришёл в боевом красно-белом костюме нашей школы.

— Вот же грёбаный урод, а! — сжал я стул, на котором сидел Максимка. — Сука, какая же мразь-то попалась! А я подумал, что даже среди аристократов есть нормальные люди!

— Ну вообще-то, они есть, просто тебе ещё, может, не попались, — вставил свои пять копеек Максимка, при этом слез со стула, а то чувствовал себя дискомфортно рядом с таким вот разозлившимся мной.

— Макс, заткнись! Вот сейчас не до этого, слышишь?! Лучше просто заройся в свой компьютер, то есть этот… в… короче, всё… просто помолчи!

Через минут десять я успокоился.

— Мы этого урода ограбим с нападением и смертельным избиением, — спокойно выдал я свой план на эти выходные. — А потом я поговорю с Анной на этот счёт. И если ей ещё нужен напарник с символами из ментального мира по всему телу, то она поможет обеспечить мне железное алиби.

— Ты это о чём?

— Не знаю ещё. Посмотрим, что скажет на этот счёт сама Анна. — Я подумал ещё про Васю. — Мне нужно бежать! — резко ответил Максимке.

— Жека, ты куда?! — заволновался зеленоголовый.

— Где Володя?

— Я здесь, на, — вовремя вернулся с обхода борзый иллюзионист.

— Выведи меня на улицу. Там же и встретимся к шести вечера. С собой линзы и наушники брать не буду, поэтому без связи пока что.

— Ты что-то задумал? — поднял иллюзионист «бровь подозрения».

— Максимка всё объяснит и покажет на видео, когда поможешь выйти из канализации.

Володя всё выполнил. Сам отправился поскорее смотреть, что там такого произошло. Думаю, ему будет интересно узнать, что их главарь снова влип.

Ну а я же попросил дворника вызвать мне любого свободного кучера, чтобы отправиться к красноволосому пивозавру.

Уже через полчаса кучер припарковался возле восстановленного паба.

«Быстро вы его восстановили, однако», — выдал мой мозг.

В пабе не было видно знакомых рож. Зато те незнакомые рожи посоветовали мне отправиться к дому Феди.

Дорогу я уже знал, поэтому через час пешком дотопал.

И вот здесь картина резко поменялась.

Прямо во дворе Вася пиздил Шолохова по роже и оскорбительно кричал на него. Причём кричать нужно было солидно, ибо сам Шолохов кричал от боли не меньше.

— Прости! — выл Серёга, плюясь кровью.

— Вася! — крикнул и я, чтобы все услышали. Сам же ускорился к банде пивозавра.

Шолохов, увидев меня, бросился в ноги с извинениями:

— Женечка, прости, дорогой! Прости бога ради! Я не знал! Честно! Прости, родной!

— Ах ты, сука! — ещё раз Вася ударил с ноги Серёге по роже. — Ты хоть понимаешь, что натворил, ублюдок?! Грёбаная аристократическая шестёрка!

Мне, конечно, было приятно, что красноволосый пивозавр разукрасил Шолохова в цвет своих волос, но я вообще ничего не понимал, что происходило.

3 сентября 2022 года.

Субботнее утро во дворце императора.

Разговор Малинова с дочкой после заявления Шолохова в сети.

— Папуля, вызывал? — зевая, спросила Анна.

Малинов повернул экран на своём столе, чтобы дочка могла посмотреть видео.

— Этот человечек решил сразу обратиться с записью к тем, кто успел выложить в сеть Российской империи данное видео. Только представь, он даже не удосужился посовещаться со мной.

Анна посмотрела запись, которую посмотрел и Максимка, который после видео ждал два часа, пока проснётся Жека, чтобы показать запись и ему.

Дочка императора раскраснелась, но не от стыда, а от злости на дуралея.

Она понимала, что это был Женя, ибо только он пришёл в поместье Шолоховых в боевом красно-белом школьном костюме.

— Это наш клиент, который должен с тобой тренироваться? — вздохнул император.

— Да, пап, — опустила Анна голову.

— Доча, не нужно брать вину на себя. Ты не виновата в том, что это чудовище подставляет само себя. Хорошо, что не видно лица, а только школьную форму. Хотя уверен, что вся твоя группа прекрасно понимает ситуацию.

— Нужно сделать так, чтобы это был не он.

— Знаю. И я это сделаю. Кроме того, у меня есть на то причины: те, кто не советуются со мной, могут сгореть, — коварно улыбнулся Малинов.

— Пап, ты хочешь снова поджечь дом?! — испугалась Анна.

Хоть девушка и любила отца, ей не нравилось, как он злоупотреблял своими полномочиями, сжигая магов. Это было жестоко даже для убийства, ибо было много способов ликвидировать цель быстрее и менее болезненней, чем «дать» цели заживо сгореть.