— А может, можно ездить по деревням и предлагать руки помощи? — громко предложил Артур, случайно разбудив Мерлина. После долгого молчания голос невольно сорвался.

— Знаешь, Артур, это прекрасная мысль!

Лицо юноши прояснилось очередной улыбкой.

— Будет так приятно, если какой-то умник сдаст нас королевской страже!

…Но потом сделалось печальным.

— Я просто хочу помочь. Киама, у тебя есть какие-нибудь предложения?

Девушка явно не ожидала, что к ней обратятся за советом, поэтому промолчала дольше положенного. Но когда до неё дошло, что кто-то всерьёз интересуется её мнением, черты молодого личика сгладились и будто стали чутка светлее, а осанка приобрела почти королевскую прямоту.

— Я… слышала, что в странах союза «Нефер» есть один шанс извиниться за все грехи…

— Нет, никогда! — резко перебил Далий Мар. — Если вам надо — вы это и делайте. А я не стану топтать своё достоинство, чтобы получить прощение и помилование. Лучше умереть, чем всю оставшуюся жизнь быть беспринципным трусом.

— Так что это за шанс, Киама?

— Ну… — девушка пыталась подобрать слова, которые почти не использовала прежде. Поэтому её речь постоянно прерывалась на междометия, которые стоит опустить, дабы понять смысл (Артур понял лишь после повторного объяснения). — Насколько я знаю, когда союз только появился, главы стран поняли, как много преступности царит вокруг. Они начали наказывать всех подряд, но очень быстро устали и поняли, что проблемы надо решать по-другому. Поэтому они придумали… это… процедуру прощения почти всех преступлений. Но только для тех, кто понимает свою вину и готов меняться! Чтобы перестать быть преступником, нужно извиниться перед обиженными, поцеловать руки глав страны, в которой были сделаны ошибки, и провести время за переписыванием нарушенных законов.

— У вас очень странные процедуры. Я бы сказал, бездейственные.

— Нет, она работает! Но только с теми, кто правда хочет измениться.

— Получается… Далию Мару нужно будет извиниться перед целым миром, да? — Артур ехидно улыбнулся, представляя, как это может выглядеть. Но старый маг не оценил эту идею.

— Никогда.

Беседа закончилась некрасиво, но повторная попытка начать её привела к небольшой ругани и душащему молчанию. Каждый снова погряз в своих мыслях: Киама думала, стоило ли сбегать от «господина» ради такой жизни; Айва пытался придумать, как прервать цепь неприятностей, упавших на их головы; Далий Мар оставался всё таким же загадочным, из-за чего ход его мыслей делался невозможным к дешифровке; Мерлин лежал на коленках хозяина и думал о своём, собачьем. А Артур — так ему казалось — старался разобраться вообще со всеми думами своих новых друзей. Хотя на самом деле, больше всего он переживал из-за грядущего возвращения. Ведь только вчера завершился здешний первый месяц весны — айрира, значит, по объяснениям Далия Мара и Айвы, в запасе осталось примерно восемьдесят дней, которые нужно потратить с умом и, желательно, радостью. А потом… кто знает, что может случиться?

Они ехали чуть больше недели, то сидя на конях, то ведя их следом. И без того старые поводья начали изнашиваться и натирать ладони. Но цивилизации так и не объявилось. Только железная дорога попадалась на пролесках и в чистых полях, тянулась подобно полосатой змейке и исчезала где-то впереди, вероятно, ведя в следующий большой город. И всё это компания старательно обходила стороной, не хотя попасться на глаза ненужным эльринам. Конечно, пару раз встречались пастухи, охотники и даже эксцентричный авантюрист из другого мира (он очень походил на эльфа, но в очках и цветочном халате, с длинной трубкой, дым которой клубился под неширокой доули). Этим связи с внешним миром и ограничивались. Однако новообретённые близкие чувствовали себя неплохо — в конце концов, они имели друг друга. Было бы гораздо сложнее, окажись все в одиночестве и при таких же неприятных обстоятельствах… Хотя, эти обстоятельства возникли как раз из-за них всех. Значит, возможно, поодиночке было бы безопаснее и проще, не так ли?..

— Что за глупости ты говоришь? «Поодиночке было бы лучше» — вздор! Ты хоть понимаешь, что не выжил бы, останься наедине с собой и этой шавкой? — Далий Мар называл Мерлина самыми неприятными словами, но все они звучали очень даже приятно и забавно. — Хотя, насчёт этих двоих ничего утверждать не могу… Мы бы обошлись и без них.

Колдун говорил достаточно громко, но не очень, указывая на парочку, сидящую на другом конце небольшой полянки и погружённую в любимые темы. И неизвестно, слышал ли эти слова Айва или нет, но его дальнейшие отношения с колдуном складывались не очень хорошо. Артур же тем временем продолжал доносить свои мысли и пытался создать вокруг хоть сколько-то успокаивающую атмосферу, которая рушилась при каждом новом слове старика. В итоге этих выходок размышления постоянно возвращались к одному и тому же…

Стоит ли вернуться в родной дом, в Йеру, и смириться с извечными законами самой природы? Или же следует поступить так, как велит неспокойное сердце, погостить у мамы в последний раз и ринуться в новый мир, в новые устои и приключения? Спустя недели одиночества, недели без материнской любви и заботы, кажущейся раньше чем-то постоянным и неизменным, Артур всё больше задавался ранее опускаемыми вопросами. Его всё больше интересовала жизнь подруги — Ники, с которой он познакомился ещё в начальных классах. Он всё больше переживал за маму и её реакцию на резкое исчезновение сына. Ведь она могла смириться с тем, что её ребёнок якобы умер, и свалиться в депрессию! В такие тяжёлые мгновения, когда облака закрывали инглию и не пропускали лучи позитивного настроя, самочувствие резко ухудшалось вслед за погодой, синие-синие глаза тускнели почти до серости, а улыбка не просто пропадала — она стирала с лица все признаки своего некогда присутствия.

— Сам решай, что тебе лучше, — продолжал ворчать Далий Мар, нисколько не помогая ситуации. — И определись наконец, маленькая дева: то ты хочешь остаться и кричишь о нежелании возвращаться в Йеру, то начинаешь ныть и сетовать на то, что можешь изменить в любой момент. На самом деле, врат между мирами более чем бесчисленно, и я могу показать тебе ближайшие. Они как раз по пути. Но если твоё сердце склоняется к Эвасу и его законам — что ж, просим к нашему пиру. Ты рискуешь лишь своей ничтожной жизнью. Выбирай, где готов умереть без боли и сожалений, даже пройдя через тысячи мук!

— Я просто делюсь с вами переживаниями. Зачем так напирать-то…

— Привыкай. Эту ужасную привычку имеют все разумные существа, вне зависимости от происхождения и возраста. Да, пёсик? — старик ехидно улыбнулся и потёрся о тонкий ствол дерева, ставший временной спинкой. Инглия вновь выглянула из-за облака и ущипнула светлые колдовские глаза. — А-а, поскорее бы зиму…

— Скажите честно, Далий Мар, — переменил тему Артур, глянув на любимого пса, — вы хотите, чтобы я остался, потому что уверены, что я выживу, или из-за любопытства?