Когда мы поспешили вниз по лестницам, тусклые жёлтые лампы на мгновение мигнули, и я мельком увидела что-то тёмное, лежавшее на дальнем углу платформы.

Габриэль вытащил телефон и включил фонарик.

— Смотри, — тихо сказал Габриэль, показывая вперёд. Белая сфера света от его фонарика озарила неподвижную фигуру. Когда мы подошли ближе, я увидела, что это был лысый мужчина, опрятно одетый в чёрные брюки и вельветовый пиджак. В нескольких метрах от него лежал длинный футляр — вероятно, от ружья с транквилизатором. Всюду вокруг него блестела густая лужа крови. Он умер?

Габриэль опустился на колени, прижав два пальца к горлу мужчины.

— Жив. Еле-еле.

Свет сдвинулся по его ноге, и я мельком увидела кровь, струившуюся из раны, а также, кажется, кость. Учитывая его смертельно бледное лицо и изувеченную левую ногу, я сомневалась, что он выживет. Без немедленной помощи он наверняка скончается от потери крови через несколько минут.

Мои пальцы сжались.

— Нам нужно наложить жгут на его ногу.

— Верно, — Габриэль поднялся. — Если найдешь какую-нибудь ткань, то я отыщу что-нибудь, чтобы приложить давление. У тебя есть что-то для освещения?

— Ага, — когда Габриэль убежал, и его шаги эхом отразились от потолка, я полезла в сумочку и вытащила маленький фонарик, который крепился к моим ключам как брелок. Я положила его на пол, чтобы осветить мужчину.

Затем я встала на колени возле его туловища и достала из сумочки проклятый нож. Лезвие тут же зашептало в глубинах моего разума «Искупай меня в крови». Я проигнорировала чудовищное ликование ножа и схватила пиджак мужчины. С помощью лезвия я отрезала большую полосу вельвета.

Изогнутым лезвием неудобно было работать, из-за чего полоса ткани получилась зазубренной и неровной. И всё же это сгодится для того, что мне нужно. Я скрутила ткань несколько раз, формируя импровизированную верёвку. Занимаясь этим, я старалась прислушиваться, чтобы не пропустить звуки животного и шаги. Если я не буду осторожна, то кабан в любой момент может выскочить из тени и выпотрошить меня.

Подвинувшись к ноге мужчины, я обернула тканевую верёвку прямо под его коленом. Его кровь заливала мои пальцы.

Я крепко завязала верёвку, и по коже побежали мурашки. В другой части станции я слышала сопение и звуки, похожие на разбивание кафельной плитки. Я тяжело сглотнула, и собственный страх придавал мне сил. Насколько я могла сказать, кабан находился за углом. Я старалась поглядывать в том направлении, не отрываясь от своей задачи.

Я покрепче затянула верёвку, дёрнув так сильно, как только смогла. Мужчина застонал, и боль проникла даже в его бессознательный мозг. Далее по станции эхом разнеслись шаги, и я увидела Габриэля, направлявшегося в мою сторону и сжимавшего что-то в руке.

Когда он оказался ближе, я протянула руку, и он сунул мне в ладонь что-то, похожее на сломанную ручку от метлы.

Я просунула палку между верёвкой и бедром мужчины, затем схватила свой нож с земли.

— Я слышала кабана. Прямо за углом, кажется, — я посмотрела на него. — Можешь закрутить жгут? Я отрежу ещё ткани.

Пока Габриэль поворачивал палку, закручивая жгут, я ножом отрезала ещё одну полосу от вельветового пиджака мужчины.

Габриэль затянул жгут, обеспечивая более сильное давление, и мужчина жалобно застонал. Габриэль крепко держал палку, а я второй полосой ткани привязала её, чтобы удержать в таком положении. Нож я засунула обратно в сумку.

Хрюканье и грузные шаги кабана за углом становились всё громче. Эта чёртова тварь наверняка паниковала, оказавшись в ловушке на тёмной станции метро. Как она миновала турникеты, оставалось для меня загадкой.

Я встала, вытирая окровавленные руки о свои джинсы.

— Вытащи этого мужчину отсюда. Я займусь кабаном.

Габриэль покачал головой.

— Я не могу тебя бросить.

— Он умрёт, если ему не окажут помощь, Габриэль. И мне надо, чтобы ты побежал обратно к храму за своей машиной. Нам она понадобится, чтобы вытащить кабана отсюда. Я уж как-нибудь справлюсь с одной грёбаной хрюшкой, — по крайней мере, я думала, что могу справиться с кабаном. В данный момент я ощущала будоражащий прилив собственного страха и не была уверена в том, насколько точно я оцениваю действительность. — Когда я достану кабана, нам надо будет как можно быстрее добраться до храма Митры. И я не думаю, что мы сможем запихать его в полицейскую машину.

В тусклом освещении я видела, как на его лице отразилась внутренняя борьба. Не в его натуре бросать напарника в опасности, но он знал, что я права. Если он не обеспечит жертве немедленную медицинскую помощь, этот человек умрёт.

Наконец, Габриэль кивнул. Он схватил мужчину за руку и взвалил его на своё плечо, охнув от усилий. Он сделал шаг и едва не поскользнулся в луже крови. Затем, восстановив равновесие, он ушёл, оставляя за собой кровавые следы ног.

Я подошла к чёрному футляру и открыла его, осветив фонариком содержимое. Внутри я нашла длинноствольное ружьё, три дротика, пластиковую бутылку с жидкостью и шприц. Бутылка, наверное, содержала транквилизатор, а шприц использовался для заполнения дротиков. Подняв дротики на свет, я увидела, что специалист их уже приготовил — каждый был заполнен прозрачной жидкостью.