Я скрежетала зубами, когда мы добрались до низкого заборчика между нами и приподнятыми камнями фундамента храма. Мы могли бы легко перебраться через них... если бы не тащили дикого кабана.

— Готов? — спросила я сквозь стиснутые зубы. — Я перелезу через забор, когда мы его поднимем, — легче сказать, чем сделать.

Габриэль кивнул, и мы приподняли кабана выше в воздух. Удерживая его высоко, я перешагнула через низкий заборчик и встала в неглубоком пространстве между забором и основанием храма; всё моё тело стонало от натуги.

Я напряглась, силясь удерживать тушу, пока Габриэль переступал через забор. Миновав этот барьер, нам осталось лишь дотащить его до основания храма — всего-то каких-то тридцать сантиметров над землей. Постанывая, Габриэль встал на поверхность храма, и я последовала за ним. Мы медленно опустили кабана на гладкую каменную поверхность пола в храме, в плавном изгибе камней, где когда-то стоял алтарь.

Как только огромное тело кабана цвета слоновой кости соприкоснулось с поверхностью храма, мир вокруг нас замерцал.

Над нами уже не возвышались современные стеклянные здания; я больше не видела современную оживлённую улицу. Вместо этого мы стояли в изогнутом каменном коридоре с белыми крашеными стенами. Узорчатая плиточная мозаика тянулась по полу, изображая астрологические символы. Лунный свет струился через потолочный люк на пьедестал алтаря, чья изогнутая поверхность была ярко расписана образами жертвоприношений: мужчина во фригийском колпаке перерезал горло быку. Серебристые чаши выстроились на низких лавках по всему залу.

— Грёбаный ад, — пробормотал Габриэль, разинув рот. — Какого чёрта только что произошло?

— Не знаю, — сказала я, всё ещё переводя дух. — Магия. Наверное, мы нашли нужное место, — я показала на алтарь. Он был узким и примерно метр двадцать в высоту. На такую штуку кабана не уложишь. — Полагаю, нам просто придётся принести его в жертву возле алтаря.

— Время? — спросил Габриэль.

Я глянула на часы, моё сердце бешено стучало.

— 18:40, — чёрт-чёрт-чёрт. — Осталось четыре минуты.

Он вытер ладони о джинсы.

Я запустила руки в сумочку, вытащила нож, и его радостные шепотки эхом отдавались внутри моего черепа. «Искупай меня в крови фейри».

Я решительно стиснула зубы, крепче сжимая нож. Я опустилась на колени в узком пространстве между скамейками, где лежал кабан, и положила руку на его голову, наблюдая за тем, как мерно поднимается и опускается его грудь.

— Прости, — прошептала я кабану, поднося лезвие ближе.

— Стой!

Низкий голос раскатами отразился от стен храма, и моя рука застыла. Я резко повернулась, всё ещё оставаясь в присевшем положении.

— Роан? — с неверием произнесла я, держа нож возле плоти кабана.

Одетый в чёрное Роан стоял на другом конце храма перед дубовыми дверьми. За плечами у него висел меч. Рядом с ним стояла прекрасная женщина, чьи рыжие волосы рассыпались поверх золотистого платья. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы узнать в ней подругу Роана, Эльрин.

— Как вы сюда попали? — мои мысли бешено кружили в голове.

— Мы пошли по следу новостей о диком кабане, бродившем по Лондону, — его зелёные глаза как будто пригвоздили меня к месту. — Когда мы добрались туда, вас уже не было. Но там оказалось достаточно крови, чтобы Эльрин тебя отследила.

Точно. Эльрин обладала магическими способностями к отслеживанию. Как-то раз она помогла Роану выследить Рикса с помощью внутренних органов его жертв.

Я видела, что Габриэль напрягся всем телом, его пальцы сжались.

— Наше время на исходе.

— Убери этот железный нож от короля Эбора, — сказал Роан.

Я покосилась на кабана.

— О ком ты говоришь? О кабане?

— Он не просто кабан, — голос Эльрин сочился неприязнью. — Он фейри. Король Старших Фейри в Хоквудском лесу, вообще-то. К сожалению, ты понятия не имеешь, что творишь.

Кабан хрюкнул, его ноги начали подёргиваться. Я крепче прижала нож к его шкуре.

— Я должна сделать это. Послание от похитительницы...

— Кассандра, — в голосе Роана зазвучала сталь, и он вытащил свой меч. — Ты пешка в войне, которой ты не понимаешь. Если ты убьёшь его, то нарушишь хрупкое перемирие в Триновантуме.

Он же не зарежет меня, нет? В любом случае, мне придётся рискнуть.

— Слушай, у меня есть план...

Кабан снова хрюкнул, всё его тело дёрнулось. Я должна сделать это сейчас, иначе у меня закончится и время, и везение. Моё сердце ударялось о рёбра.