Я слабо улыбнулась.

— Нет.

— Ты рисковала, не убив этого кабана.

Я покачала головой.

— Мы должны показать похитительнице, что ей нужно говорить с нами. Теперь она знает, что до тех пор, пока она не говорит с нами напрямую, у неё нет полного контроля. А она именно этого и хочет на самом деле. Полного контроля.

Он провёл рукой по волосам.

— Пойдём, давай выбираться отсюда.

Я тяжело вздохнула, повернувшись, чтобы пройти через двери, но краем глаза заметила, как что-то сверкнуло. Я повернулась, наблюдая, как одна из серебряных чаш мерцает движущимся изображением. Застыв на месте, я уставилась на неё, и моё сердце бешено колотилось. Как и прежде, я не могла чувствовать отражение, не могла связаться с ним. Оно принадлежало кому-то другому.

— Габриэль, — выдохнула я, подняв чашу. На её поверхности появилось изображение Скарлетт, сидевшей в той же комнате, что и прежде, прямо перед зеркалом, со связанными руками и кляпом во рту. Вот только в этот раз её левая ступня оказалась обнажена. Что-то мерцало под ней. Мне понадобилась секунда, чтобы понять — это было круглое зеркало.

Я попыталась подметить как можно больше деталей, но опять-таки похитительница расположила зеркало так, что точка обзора была слишком близкой, и я ничего не видела. Лишь каменный пол и тускло освещённая комната.

Затем в отражении рядом со Скарлетт появилась фигура. Я не видела её лица — вокруг неё парил тёмный туман, скрывавший черты её лица и едва показывавший силуэт. Сквозь мутный туман вокруг её тела появилась одна рука, державшая пару садовых ножниц.

Женщина отвернулась от меня, и я увидела, как глаза Скарлетт выпучились от страха при виде ножниц. Я никогда прежде не видела Скарлетт испуганной, а эта женщина, казалось, вызывала у неё настоящий ужас.

— Габриэль, — снова выдохнула я, и моё сердце остановилось. — Вот-вот случится что-то ужасное.

Габриэль наклонился через моё плечо, следя за образами на серебряной поверхности. Он прикоснулся к моей спине, словно стараясь успокоить меня.

Я крепко стискивала чашу, мои ладони сделались мокрыми от пота. Я пыталась нащупать отражение, прыгнуть внутрь, помочь своей подруге. С таким же успехом я могла пытаться прыгнуть сквозь стену.

Я смотрела, как женщина встаёт на колени возле Скарлетт и хватает её ногу рукой.

— Нет, — выдавила я, задыхаясь.

— Всё будет хорошо, Кассандра, — сказал Габриэль, но по тону его голоса я понимала — он убеждён в обратном.

Женщина расположила изогнутые лезвия ножниц вокруг пальчика на ноге Скарлетт. Капля крови упала на зеркало под ступней Скарлетт.

— Нет! — закричала я на отражение.

Женщина щёлкнула ножницами, и пальчик Скарлетт упал на поверхность зеркала, из раны хлынула кровь. Скарлетт запрокинула голову, беззвучно закричав и широко раскрыв глаза от боли.

Мой мир накренился, я пошатнулась. Габриэль обнял меня рукой за талию, чтобы поддержать. Я тряслась в ужасе, чувствуя на себе руки Габриэля, пока он пытался забрать у меня чашу. Я грубо оттолкнула его.

Раскалённая добела ярость полыхала в моём теле.

— Я найду тебя и зарою в землю. Я тебя зарою в землю!

Её лицо заволокло тёмным туманом, фигура повернулась ко мне, хотя отражения не передавали звук. Затем она посмотрела на ногу Скарлетт, которая всё ещё обильно кровоточила на зеркало. Фигура прикоснулась к окровавленному зеркалу, обмакнув палец в кровь.

И та исчезла. Зеркало сделалось чистым, поверхность засверкала. Очередной всплеск крови из раны Скарлетт брызнул на поверхность зеркала и тут же исчез. Какого чёрта?

Потом я осознала, что она сделала. Зеркальная магия позволяла связывать два отражения, посылать предметы из одного в другое.

Где-то в Лондоне кровь текла через отражающую поверхность. Через лужу, окно, автомобильное зеркало, пропитанное кровью Скарлетт. И похитительнице не пришлось отмывать с пола ни единой капельки крови. Эффективная и чистая работа.

Габриэль подхватил меня, когда мои колени ослабели. Поверхность чаши потемнела, там отразилось моё собственное лицо, полное ужаса. Мой разум ринулся туда, ища связь с отражением. Я лихорадочно отыскивала Скарлетт, похитительницу, ту тускло освещённую комнату... но ничего не нашла.

— Думаю, похитительница только что пояснила, что будет, если мы дадим ей отпор, — слёзы катились по моим щекам. — Я пыталась, Габриэль. Я пыталась сделать то, что нужно сделать. И смотри, что случилось.

— Идём, — по-прежнему поддерживая меня, он кивком головы показал на дверь. — Нам надо убираться отсюда.

Я прошла несколько шагов, а потом почувствовала, как что-то влажное капает мне на ногу. Посмотрев вниз, я непонимающим взглядом уставилась на красное пятно, промочившее мои брюки, которые теперь льнули к бедру.