Только сейчас я заметила тонкий черный канат, тянувшийся откуда-то сверху, будто с крыши, ведь мой этаж последний. Вот так он попал сюда и так же ушел.

Я облегченно закрыла глаза, чувствуя, что сознание вот-вот уйдет из меня.

— Сейчас, малышка! Потерпи, чуточку… — шептал Себастьян с разбитой бровью и губой. Он резким движением сорвал пластырь с моего рта, развязал руки и ноги. Себастьян крепко обнял меня и поднял на руки.

— Спасибо!.. — прошептала я.

По коридору бежали полицейские, направляя на нас оружие. Себастьян встал на ноги вместе со мной и что-то им сказал.

Только я совсем не слышала слов, да и людей почти не видела. Я продолжала прижиматься к своему спасителю и неотрывно смотрела на петлю.

Веревка все так же свисала с потолка и слегка подрагивала от порывов ветра.

— Как он себя назвал?..

— Вы встречались с этим человеком раньше?

— Почему он выбрал именно вас?..

— Вы видели его лицо? Не показался ли он вам знаком?

— Все ценные вещи на месте?..

— Что-то особенное заметили? Татуировки, шрамы, акцент?..

Я уже не понимала, кто именно задавал мне вопросы — журналисты, которые поджидали возле полицейского участка или служители закона. Тысячи чужих слов шумели в моей голове, глаза болели от бликов фотовспышек, а сознание улетело куда-то далеко, даже когда Себастьян забрал меня из больницы.

Его водитель уверенно управлял машиной, пока он обнимал меня на заднем сидении. Голова раскалывалась от жуткой боли. Такое чувство, будто при малейшем движении в нее вонзались шурупы с резьбой и приходили в движение. Врач, проводивший осмотр ушибов, ввел мне в вену успокоительное и пообещал, что скоро мне станет лучше. Он очень настаивал, чтобы я осталась под присмотром медиков, но Себастьян не уступил.

И за это я благодарна ему. Мне становилось легче, когда я закрывала глаза и дышала Себастьяном, прижавшись к его груди. Он гладил мои волосы и спину, бормотал нежные, успокаивающие слова. Я уснула. Сквозь сон почувствовала, как он поднял меня на руки и куда-то понес. Лифт поднял нас на нужный этаж и открыл свои механические двери, впуская в квартиру Себастьяна. Я вдохнула знакомый запах его жилья — прохладный аромат цитруса, древесно-пряного кедра и сладкой корицы.

Аристократ занес меня в комнату, уложил в постель и поднялся, чтобы уйти.

— Себастьян! — я испуганно потянула руку и обхватила его пальцы.

— Пожалуйста, не уходи!.. Мне страшно…

Полминуты он решался, но все-таки шагнул к кровати и лег рядом. Я повернулась к нему, прижалась к его теплоте и уткнулась в шею. Мои губы коснулись его кожи, а глаза закрылись. Только вдыхая его аромат и ощущая его тело рядом с собой, я смогу заснуть.

Себастьян обнял меня и тяжело вздохнул.

***

Я резко открыла глаза и увидела глянец незнакомого потолка, в котором смогла разглядеть свое отражение.

Просторную комнату заливал утренний свет пасмурного дня. Я повернула голову и замерла. Себастьян Эскалант спал рядом.

Он лежал на боку, обнимая меня одной рукой и выдыхая теплый воздух мне в висок. Я скользнула взглядом по спокойному и совершенному лицу, впитывая его черты в свою память. Я неосознанно продумывала детали нового портрета…

Но что это за пластырь над темной бровью и почему появилась запекшаяся кровь на его нижней губе?

События вчерашнего вечера медленно, словно цветные кадры киноленты, всплывали в памяти, и каждое последующее воспоминание все сильнее меня устрашало.

Вечеринка. Винсент. Звонок.

«Я люблю тебя, Себастьян!»

Я закрыла глаза, но видения прогнать не удалось.

Незнакомец. Страх. Нападение. Петля. Драка. Мое спасение.

Нет, все это мне не приснилось. К несчастью.

Мне нужно встать. Я аккуратно сняла с себя его руку, поднялась с постели и спустила ноги на мраморный пол. На мне белый махровый халат, доходивший до пят. Он раздел меня, когда я уснула.

Мои щеки запылали огнем смущения, и, отгоняя от себя пошлые мысли, я осмотрелась.

Я в спальне Себастьяна. Огромная комната, в белом цвете, минимум мебели. Только исполинская кровать, две стеклянные прикроватные тумбочки и камин — все в едином, конструктивном, стиле. Капли дождя стекали по немного запотевшему гигантскому окну. Я уверена, что именно эта стеклянная стена и есть главное украшение комнаты.

Не удержавшись, я подошла к окну и посмотрела на грустное море с унылыми волнами, которые тянулись к серому небу.

Очень подходящая погода!

Все еще смущаясь, я побрела искать ванную. Она оказалась в роскошных серых и зеленых тонах с огромной душевой кабиной, ванной и зеркалами. Единственное, что не вписывалось в это окружение — отражение измученной девушки в стеклянных поверхностях.