— Объяснитесь, Тони.

— Каким образом вы слышали все, что здесь происходит? — требовательно спросил Тони.

— Ваш управляющий исполнил свой долг и все рассказал мне. — Леди Хонора, как всегда, держалась прямо.

— Хэл? — сверкнул глазами Тони. — Хэл! Немедленно ко мне!

— Сэр? — Управляющий тут же возник в дверях.

— Я редко слышу всякие новости, но, говорят, ты распространяешь их со скоростью королевского курьера?

— Н-нет, сэр, — ответил Хэл, низко кланяясь и чуть заикаясь. — Я только охранял дверь, потому что она закрывается неплотно.

— Ага, значит, дверь закрывается неплотно? — Во взгляде Тони появился гневный блеск.

С лица Хэла схлынула краска, а отвисший подбородок, наоборот, приобрел малиновый оттенок. Управляющий нервно топтался в дверях, качаясь из стороны в сторону.

— Да, сэр, — ответил наконец он, — с этой дверью не все в порядке, и… — Хэл поклонился в сторону леди Хоноры, — эта леди пожелала знать, что происходит внутри кабинета. Прошу прощения, сэр, но я не смог противостоять ее настойчивым вопросам.

— Конечно, нет. — Леди Хонора жестом отпустила Хэла.

— Ну, конечно же, нет, — передразнил ее Тони. — А тебя, Хэл, ждет примерное наказание за подслушивание, и, будь уверен, так оно и будет. Убирайся прочь с моих глаз! Ты больше не управляющий…

— Нет, сэр! — взмолился Хэл.

— …до тех пор, пока снова не докажешь свою преданность и поместью Одиси, и его хозяину.

— Я докажу ее, клянусь, докажу!

— А пока найдутся и другие, способные заменить тебя на этом месте. Убирайся!

Роузи зажмурилась, чтобы не видеть Тони, потому что ее пугал его гнев, но какой-то звук заставил ее открыть глаза, и она увидела Хэла, стоящего перед ней на коленях.

— Миледи! — Он простер руки и, припав к ее ладони, словно к святым мощам, произнес: — Продолжать служить вам верой и правдой большая честь для меня! Сейчас…

— Не дотрагивайся до нее! — В мгновение ока Тони оказался рядом и оттащил Роузи от Хэла, с такой силой сжав ее руку, что у нее снова хрустнули кости.

— Фи, как грубо, Тони! Он же просто невежа! — Леди Хонора с упреком посмотрела вслед удаляющемуся Хэлу. — Он тоже верит, что она — законная наследница Сэдлера.

— Леди Хонора, — обратился к ней сэр Дэнни, но высокий воротник мешал ей повернуть голову. Сэру Дэнни пришлось предстать перед дамой, чтобы оказаться в пределах ее видимости. — Леди Хонора, она и есть законная наследница.

— Вы! — Не обращая никакого внимания на Тони, Хонора надменно посмотрела на Дэнни сверху вниз. — Признайтесь, все, что вы мне говорили, — ложь!

Встряхнув головой в своей экспрессивной манере, Дэнни ответил:

— Верить мне или нет — ваша воля, но все, сказанное мной, — чистая правда.

— Почему я должна верить комедианту?

— Потому что, — с отчаянной решимостью сэр Дэнни провел пальцем между ее тонкими выщипанными бровями, — вы сами прекрасно умеете разбираться в человеческих характерах.

Ошеломленная леди Хонора стояла, словно не в силах поверить, что до нее осмелились дотронуться.

Дверь с шумом распахнулась, и на пороге появились Джин и Энн, держась под руки, словно дети. Каждая из сестер явно боялась войти в комнату первой.

— Тони, о чем это там лепечут наши слуги? — заговорила Джин.

— Что за история про потерявшуюся наследницу, на которой ты собираешься жениться? — продолжала Энн.

Через распахнутую дверь было видно, что за порогом собралась целая толпа взволнованных слуг.

— Да, вижу, новости у нас распространяются быстрее молнии, — вздохнул Тони.

— Ты хочешь сказать, что все это правда? — Джин ухватилась за свой рыжий парик, словно буря грядущих перемен могла сорвать и его.

Тони молча протянул Джин пожелтевшее завещание лорда Сэдлера, а подошедшие к ней Энн и леди Хонора принялись читать его через плечо Джин. Закончив чтение, она так же молча вернула документ Тони.

Энн опомнилась первой.

— Леди Хонора, что думаете вы?

— Сэр Дэнни уже сказал, что я умею разбираться в человеческих характерах. Это чистая правда.

— Фантастика, — пробормотал Тони. — Похоже, он очаровал и неприступную Хонору.

— Однако, несмотря на то, что это правда, предъявление каких-либо требований к сэру Энтони невозможно: женщина с дурной репутацией не может претендовать на наследство.

Сэр Дэнни сосредоточил на Хоноре свой самый гипнотический взгляд.

— Роузи… Розалин отнюдь не пользуется дурной репутацией. Я наблюдал за каждым ее шагом и днем и ночью и передам ее мужу из рук в руки непорочной девой.