— Честно говоря, в ней не было ничего привлекательного, но Эдуард не сумел противостоять ее чарам. И этот дом он построил для нее, назвав его впоследствии Сэдлер-хаус. Короче говоря, он женился на этой женщине, не получив разрешения королевы.

— Несомненно, она уже носила ребенка, — Джин пристально вгляделась в Роузи. — Тебя. Эдуард повел себя достаточно глупо, представив тебя королеве в качестве будущей фрейлины.

— Но как он был очарователен в своей дерзости! — вздохнув, улыбнулась Энн.

— А ты, любезная сестра, была влюблена в него. — В голосе Джин прозвучали обвинительные нотки.

— Как и ты, дорогая!

Леди Хонора решила в самом начале прекратить начинавшуюся перепалку.

— Хватит! Мы все были неравнодушны к лорду Сэдлеру!

— Так что случилось с моей матерью? — взмолилась Роузи.

По лицам сестер пробежала саркастическая усмешка: они поняли, что этот вопрос Роузи — еще один шаг к наследству Сэдлера, однако леди Хонора коротко пояснила:

— Она умерла.

Боже, все умерли! Все покинули ее. О чем же еще тут спрашивать?

— Мы все знаем, как Эдуард любил тебя и потому не обращал внимания на женщин, кроме королевы. Все мы знали, что он обхаживает ее ради твоего блага. К счастью, королева Елизавета никогда не знала, как он обожает тебя, хотя, с другой стороны, может быть, и испытывала некоторую ревность.

— Именно поэтому, когда ты исчезла, наша Елизавета проявила настойчивость в поисках и искренне оплакивала Эдуарда. — На глазах Энн выступили слезы. — Она поклялась позаботиться о тебе, что бы ни случилось, но, кажется, уже заранее чувствовала, что потерпит неудачу. Думаю, что твое появление при дворе сделает ее очень счастливой.

— Если, конечно, нам удастся сделать из тебя настоящую леди, — добавила Джин.

— Мы сделаем из нее леди, — провозгласила леди Хонора, — и когда-нибудь она выйдет замуж за знатного дворянина. Но только не за Тони. Он — мой.

— Хорошо. Ради покойного Эдуарда. — Джин протянула руку, и все три дамы застыли в клятвенном рукопожатии.

— Ради Эдуарда!

— Эй, сэр Дэнни! Взгляните-ка на мой наряд! — Роузи вприпрыжку побежала по длинной галерее к своему покровителю. Свет канделябров отбрасывал блики на вощеные панели деревянных стен, освещая разноцветные гобелены. По концам галереи пылали два огромных камина, смягчая осенний холод и надвигающиеся сумерки, и в их огне причудливо сверкали стекла высоких окон.

Отвернувшись от пламени, сэр Дэнни вытаращил глаза, не ожидая увидеть такое зрелище. Чья-то рука вынырнула из тени и, дернув Роузи за локоть, заставила ее остановиться.

— Дамы не бегают и не скачут, как козы, — с укоризной сказала леди Хонора.

— Да, — подтвердила Джин, — они ходят плавно и грациозно.

— Настоящие леди порхают, несмотря на то, что ходят на высоких каблучках. — Энн притопнула каблуками собственных туфелек. — И если хотят узнать побольше, то должны быть любопытными.

— Но они не должны требовать от подруг восхищения своими туалетами, — напыщенно добавила леди Хонора, скрестив на груди руки.

Роузи надула губы, но, заметив это, Джин тотчас же сказала:

— И леди не надувают губы.

— Теперь ведите себя достойно, — леди Хонора кивнула, приветствуя сэра Дэнни. — Вы должны оправдать наши надежды, иначе вы очень огорчите нас.

— Эти леди свежи, словно весенние бутоны. — Сэр Дэнни отвесил дамам церемонный поклон. — Даже зима готова отступить перед их красотой. Позвольте же нам прогуляться на свежем воздухе под лучами заходящего солнца.

— И чем дальше отсюда, тем лучше, — пробормотала Роузи.

Энн негромко хихикнула, Джин наклонила голову, и даже леди Хонора позволила себе сердечную улыбку.

Бросив победный взгляд на Роузи, сэр Дэнни продолжил свою галантную речь:

— Ты выглядишь прекрасно! Особенно, Роузи, мне нравится перевязь на руке, которая так подходит к твоему платью.

Леди Хонора кашлянула и нахмурилась.

— А какая чистая! — Сэр Дэнни взглянул на леди Хонору и тоже нахмурился. — Надеюсь, она не заболеет от этой вашей «ванны»?

— Ванна с травяными настоями никому не приносит вреда, особенно если принимается в хорошо протопленной комнате и не чаще четырех раз в год. Однако, сэр Дэнни, должна вас попросить прекратить называть Розалин этим ужасным именем.

— Ужасным именем? — Сэр Дэнни, казалось, был смущен.

— Роузи! — Леди Хонора произнесла это имя, словно оскорбление.

— И… И как же прикажете ее называть? — спросил совершенно сбитый с толку сэр Дэнни.

— Ее христианское имя Розалин. — Теперь, когда леди Хонора сказала «Розалин», ее тон был совершенно иным. Казалось, она приучает свой слух к звучанию этого имени. — И ввиду того, что она дочь графа, ее впредь нужно именовать «леди Розалин».