Я оглянулся на полулежащего у стены карателя и, перехватив его унылый, полный понимания взгляд, поскреб затылок. После чего еще раз оглядел неудобную дверь. Ощупал ее сверху донизу. И уже когда решил окончательно отказаться от своей затеи, неожиданно заметил на стене небольшое углубление.

Поначалу решил, что это обычная выбоина. За столько лет в стенах бункера их успело образоваться предостаточно. Однако потом я понял, что щель имеет слишком правильную форму, чтобы быть случайным повреждением. К тому же рядом с ней виднелись следы старой, почти стершейся от времени краски. Когда-то давно здесь явно было что-то написано.

Может, это и есть то, мы ищем?

Я присмотрелся к выбоине так и сяк, а потом аж замер от неожиданно пришедшей на ум догадки. После чего достал из-под рубахи не успевшую остыть монету и приложил торцом к стене.

Размеры щели совпали с размером монеты идеально. Более того, как только источник соприкоснулся со стеной, на металле проступила и тут же пропало нечто весьма интересное.

Пытаясь понять, в чем дело, я еще раз облазал стену сверху донизу, сковырнул с нее остатки краски, буквально по миллиметрам изучил то место, где на мгновение мне почудилось какое-то изображение. Но лишь через десяток ун, использовав сперва сумеречное, потом магическое зрение и ничего не добившись, мне показалось уместным совместить два этих таланта.

Угу. Как с книгами.

И знаете что? Там действительно нашлось кое-кто интересное! А именно, метка! Самая настоящая метка зодчих! Из числа тех, которыми зодчие пользовались и сто лет назад, и тысячу, и даже сейчас они оставались актуальными!

В свое время магистр Рал дал мне целый список таких меток, и кое-какие я даже успел запомнить. Так вот, конкретно эти хитро переплетенные между собой линии с набором с виду бессмысленных цифр, означали, что совсем рядом находится дверь. Причем дверь, запертая на магический замок. И кто-то предусмотрительно продублировал местонахождение управляющего заклинания, тем самым дав понять, что выбраться отсюда все-таки можно.

— Что-то нашел? — насторожился Дол, когда я обернулся и снова на него посмотрел.

Я заколебался.

— Можно сказать и так.

— Ты знаешь, как открыть проход, — без труда догадался он. — Но не хочешь, чтобы я видел, как это делается.

— Скажем так: у меня появилась идея. Но я не уверен, что из этого что-нибудь получится. А поскольку эти знания относятся к вещам, открывать которые посторонним я не имею права, то передо мной стоит серьезная проблема.

Дол сперва нахмурился. Потом задумался. И наконец тряхнул головой.

— Валяй. В конце концов, мы с тобой одно дело делаем, а лезть в тайны Ковена мне по статусу не положено. Так что открывай, если у тебя есть мысль, как это сделать. А я не буду задавать вопросы и вообще, отвернусь, чтобы в случае чего мне не пришлось объясняться со своим начальством, а ему, в свою очередь, не пришлось оправдываться перед твоим.

В качестве доказательства своих честных намерений он даже зажмурился и отвернулся, для пущей убедительности прикрыв лицо рукой. Гарантия, конечно, так себе, но ничего лучшего в наличии не было. Поэтому я подумал, все взвесил и, повернувшись к парню спиной, все-таки вставил монету в расщелину, а затем и надавил, загоняя ее туда до упора и очень надеясь, что не зря это делаю.

Стоило источнику оказаться внутри, как за стенами что-то глухо зарокотало, а дверь протестующе скрипнула, заскрежетала и… с оглушительным лязгом захлопнулась окончательно. Но через пару томительно долгих тин дурная железяка все-таки передумала. После чего обе ее створки, поскрипев для проформы, снова уползли в стену, явив моему взору длинный, убегающий в бесконечность коридор, в котором, как по команде, стали один за другим зажигаться магические светильники.

Рельсы там, как ни странно, тоже нашлись. И оказались в таком же безупречном состоянии, как и в первом тоннеле.

— С ума сойти! — выдохнул Дол, когда я убрал монету и сообщил, что теперь он может поворачиваться. — Вот теперь верю, что тебя не просто так сюда прислали. Похоже, Ковен зря сеял панику и столько лет сетовал на вашего брата. Старые знания еще не до конца утрачены. И… хотт нас всех задери… кто бы знал, как я этому рад!

Спустя еще половину рина, изрядно запыхавшись и щедро вывозившись в грязи, мы все-таки поставили платформу на рельсы. Процесс перемещения на ней оказался до безобразия прост — рельсы и колеса у этой штуки были сделаны так, что трения практически не создавали, поэтому было достаточно один раз оттолкнуться, чтобы конструкция пришла в движение и медленно, зато уверенно покатилась вперед.

Правда, время и ржавчина на колесах все-таки сделали свое дело, поэтому наше передвижение сопровождалось омерзительным скрипом. Но с учетом того, насколько платформа сумела облегчить нам жизнь, гадостное, размеренное и отчаянно громкое «скрип-скрип» было вполне приемлемой платой за результат.

Поскольку от света я тоже успел отвыкнуть, то яркое освещение в тоннеле первое время доставляло мне неудобства. А вот каратель, напротив, довольно щурился и вообще, выглядел воодушевленным. Его не смутил даже тот факт, что где-то там, впереди, пряталась как минимум одна взрослая тварь, с которой нам вскоре предстоит столкнуться. Более того, когда примерно через четверть рина мы ее все-таки нагнали, и поисковая сеть повисла на улепетывающем некко наподобие ярко-синего плаща, Дол активировал тагор и с каким-то детским злорадством расстрелял ее, прямо-таки размазал по стенам, не слезая с платформы. А в ответ на мой озадаченный взгляд только отмахнулся.