Все оказалось даже хуже, чем я предполагал. Потому что пещера тут была не одна, а целых пять, соединенных несколькими тоннелями. Правда, те каверны были заметно меньше первой. Да и некко в них водилось не так много. Вот только с размерами возникла неувязочка, потому что чем меньше внутри было тварей, тем крупнее они становились. И вот когда я увидел громоздкие туши в последней каверне… когда прикинул, во сколько раз они превышают по размерам тварь, которую я угробил возле перемычки в Гоаре… то окончательно передумал тревожить это осиное гнездо. По крайней мере до тех пор, пока не заберу из сундука тагор.

– Я раньше о таких тварях даже не слышал, – шепотом признался Макс, когда мы с улишшами и Пакостью осторожно отступили вглубь тоннеля, стараясь при этом не шуметь. – Одно хорошо – ни одна из них сюда уже не пролезет. Они для этого слишком велики.

«Да, – мысленно согласился я, пятясь задом и аккуратно ставя лапы на камни. – Отожрались так, что одной такой тушей можно развалить по камешку половину города. Такие наверх уже точно не выберутся. Зато щупальца у них наверняка очень длинные, так что нужно убираться отсюда поживее».

– А еще страшно представить, сколько лет этим монстрам и какое количество душ им понадобилось поглотить, чтобы накопить такую массу, – добавил Макс после небольшого раздумья. – Сотни? Тысячи? Или, может быть, больше?

Я в очередной раз промолчал, но про себя подумал, что Макс задал очень правильный вопрос. Ведь если верить Шэду, то некко – это души разумных существ. Да, озлобленные, черные, падшие, так сказать, но все-таки души. Что с ними происходит, когда их поглощают другие? Исчезают ли они насовсем или же их еще можно спасти? А если от них ничего не остается, то сколько же тогда за прошедшие века успели загубить народу эти твари? И скольких разумных Ирнелл лишился раз и навсегда, просто потому, что какие-то идиоты решили не пускать сюда собирателей?

Хотел бы я верить, что для этих душ еще не все потеряно, но надежды на это было мало. Недаром возле пещер мелких некко совсем не осталось. Наверное, когда-то их тут обитало немало, но потом более сильные пожрали слабых. Естественный, так сказать, отбор. По итогам которого у так называемых боссов, самых крупных, тяжелых и опасных, образовался своеобразный паритет. Они, насколько я успел заметить, были примерно равны по массе и, скорее всего, бороться друг с другом больше не станут. По крайней мере до тех пор, пока кто-то один не наберет больше силы, чем остальные. Хотя если у них есть хоть капля мозгов, то двое или трое могли бы объединиться, чтобы поглотить остальных. Или же наведаться в гости в соседнюю пещеру, так чтобы в итоге из всех мега-некко остался только один.

Впрочем, какими бы хитрыми эволюционными путями твари ни развивались, с ними в любом случае нужно будет что-то решать. Но не сейчас. Пока я не был готов с ними бодаться. Да и время поджимало – всего через несколько ринов снаружи займется рассвет. А мне еще нужно было успеть сменить личину, помыться, переодеться и желательно выспаться, чтобы поутру продолжить поиски учителя.

Ладно. Дорогу к пещере я все равно запомнил. И как только придумаю, каким образом раздолбать тут все к чертовой матери, непременно вернусь. Ну а пока…

Я бросил прощальный взгляд на пустой тоннель с множеством ответвлений и, досадливо щелкнув зубами, двинулся в обратный путь.

Утром я продрал глаза гораздо позже, чем собирался, и все равно умудрился не выспаться. Вчерашняя прогулка никак не шла у меня из головы, поэтому спал я плохо, проснулся не в лучшем расположении духа. А на улицу выбрался лишь потому, что прекрасно понимал – проблема мастера Ю Чжи не разрешится сама собой, даже если у меня совершенно нет настроения ею заниматься.

Ло, стоило отдать ей должное, оказалась мудрой девушкой, тонко чувствующей мое настроение и благоразумно не стремящейся испортить его еще больше. За завтраком она была тиха и незаметна, как тень. На нервы мне не давила. На мозги не капала. А когда я отправился по разведанному ночью адресу, не стала задавать лишних вопросов и вообще не произнесла ни единого слова, пока мы добирались до нужного места.

Я же, слегка подобрев после завтрака, решил по дороге проверить полученные от Мэй навыки и активно завертел головой, прислушиваясь к разговорам на улице.

Не могу сказать, что вот так сразу стал с легкостью понимать сиульский – язык оказался сложным, с множеством переносных значений, подтекстов, кучей нюансов в интонациях и массой одинаковых по звучанию, но совершенно разных по смыслу слов. Но по мере того, как я прислушивался к царящему на улице галдежу и обращался за подсказками к чужой памяти, становилось все легче. Так что спустя полтора рина пешей прогулки я уже неплохо ориентировался и даже, пожалуй, смог бы поддержать разговор. Только над произношением следовало еще поработать.