— Иначе мы останемся на улице. Ни я, ни Джемма не наследники моего Энцо. Я бы в жизни ничего ни у кого не просила. Я всегда работала, и эту квартирку мы тоже покупали вместе.

Больно было видеть, как девушка оправдывается и заламывает руки от безвыходности ситуации. Уверена, откажи я ей, она бы даже не стала упрашивать меня, а просто молча ушла. Она уже давно привыкла получать отказы.

Зато затылком я чувствовала умоляющий и прожигающий взгляд Ами, если Фаби не будет просить за себя, то это сделает моя подруга.

— Тогда подождите. Мне нужно переодеться. Я быстро.

Поднялась в свою комнату и сама какое-то время пыталась унять дрожь во всем теле. Первый раз я так близко сталкиваюсь с подобной трагедией, и это сложно не пропускать всё через себя. Совсем скоро я встречусь с умирающим человеком, с отцом, с чьим-то возлюбленным.

— Спокойно, Юри. Это твоя работа, — приказала я сама себе.

Я облачилась в чистое и забрала волосы в хвост.

— Ты сможешь.

Повторила это ещё несколько раз, глядя на своё бледное отражение.

Порылась в сумке и достала чехол с печатью. Приятные волны магии придали мне уверенности. Я в очередной раз глубоко вздохнула и спустилась к девушкам.

Мы почти бежали к городу. Фаби держала руки у груди и то и дело шептала что-то напоминавшее смесь из молитв ко всем богам сразу.

Я тоже мысленно молилась Юстиции, чтобы мы успели, и маленькая безродная Джемма не осталась без крыши над головой.

— Какой-то бесхребетный этот Энцо, — недовольно бурчала Ами. — Не найти времени и возможности обеспечить будущее своим любимым? Ребёнка своего не признать?!

— Мы не знаем всех обстоятельств, — тихо ответила я, надеясь, что Фаби не слышит нас.

— Какими бы ни были обстоятельства, разве ты бы не захотела обезопасить своих родных? Не оставить ребёнка безродным сиротой!

Это возмущение достигло ушей Фаби, она тут же вжала голову в плечи.

— Энцо не такой… Он хороший.

Я отправила Ами красноречивый взгляд, но она не смягчилась и явно не собиралась менять своего мнения об умирающем. Я же вновь подумала о Немо. Его родители тоже посчитали нужным скрыть правду о его происхождении. Каковы же были их причины, и есть ли им оправдание?

Красивые чистые улицы остались позади, и мы все глубже погружались в не самое приятное нутро Фероци. Такие места стыдливо прячутся подальше от взоров уважаемых граждан.

— Ну и запашок, — Ами помахала у лица. — Как в родной казарме: пот, слёзы и кто-то обделался с перепугу. Ностальгия.

Она была права, чем дальше мы шли, тем крепче тянуло нечистотами. Я даже поежилась. Как же сильно Энцо любит эту девушку, если решил жить с ней тут?

У подъезда одного из безликих домов стояло несколько мужчин и катафалк, запряженный двумя худыми лошадьми, которые, того и гляди, сами отправятся на тот свет.

Неужели мы опоздали?

Фаби издала какой-то сдавленный стон и рванула вперёд, но её тут же грубо толкнули, и она упала в грязь. Девушка поднялась и вновь попыталась пройти к дверям, бесконечно повторяя имя своего несостоявшегося мужа и дочери.

Над ней смеялись, оскорбляли и продолжали толкать.

Первой не выдержала Ами, она вытянула руку перед собой:

— Игниферро!

В её ладони тут же появился огненный меч, который озарил переулок магическим светом. У меня таких фокусов в рукаве не было, но я помнила какую силу давала мне моя печать, потому быстро достала её из сумки.

— Это что ещё за группа поддержки? — усмехнулся один из мужчин, и теперь уже на их ладонях появились всполохи пламени. — Мы тоже умеем колдовать, девочки. Хотите помериться силами?

Ами не думала отступать, а я не думала, что сегодняшний вечер и возможно свою жизнь я закончу в грязных трущобах.

— Я нотариус города Фероци, — сообщила мужчинам, надеясь, что это возымеет хоть какой-то эффект, но они лишь начали глумиться.

— Уже поздно, сеньора нотариус. Возвращайтесь в свою тёплую кроватку и позвольте семье самой во всем разобраться.

То как он сказал слово “семья” мгновенно заставило меня похолодеть от ужаса. Характерный южный говорок и ухмылки преисполненные превосходства. Фаби, куда же ты влезла? Связалась с островной мафией?

Ами тоже все поняла, тяжело сглотнула, но меч не опустила.

— Фероци живёт по своим правилам, почтенные сеньоры, на столицу ваше влияние не распространяется, — твёрдо сказала она, и мы мгновенно получили новую порцию смеха.

— Наше влияние там, где наша собственность. Энцо принадлежит семье, уйти из семьи можно только одним способом.