— Не правда! В их жизни уже не будет вас…

Он ничего не ответил с любовью погладил спящего ребёнка по волосам и запел ему что-то на южном наречии.

Я молча поднялась с места и поспешила к выходу, потому что уже видела, как Энцо достал из-под матраса крохотный пузырёк с последней дозой яда.

— Уходим, — бросила я Ами, прекрасно понимая, что ничего из произошедшего я не смогу рассказать ни ей, ни кому бы то ни было.

Мы уже спустились до первого этажа, когда я услышала рыдания Фаби и плач проснувшегося ребёнка.

На улице тощие лошади нетерпеливо постукивали копытами по старой брусчатке.

Подруга несколько раз пыталась завести со мной разговор, старалась приободрить меня, но этой ночью я была отвратительным собеседником, но и одной оставаться мне не хотелось, потому, когда Ами предложила переночевать сегодня у меня в коттедже, я не отказалась.

Мы выпили чаю, чтобы успокоить нервы, и пока я убирала в архив завещание Энцо, подруга вымыла посуду и принялась до скрипа драить пол.

Септимус тоже чувствовал моё смятение, тянул ко мне щупальцы, и я нежно погладила его подушечками пальцев. Луиджи исправно ловил призрачных мышей, а Адольфо носился под окнами, патрулируя сад, и только у меня перед глазами всё ещё была каморка под крышей, заставленная прекраснейшими из картин.

— Юстиция, где же твоя справедливость? — глухо спросила ночную тишину.

Разумеется, она не ответила мне. Она говорит, лишь когда сама желает, а не когда так нужна мне.

— Пойдём уже спать, Юри.

Заботливый голос Ами вывел меня из транса. Мы в очередной раз проверили все замки, наложили с десяток защитных чар и пошли на второй этаж. Не представляю, как я пережила бы эту ночь в одиночку.

— Спасибо, что ты со мной, — я поблагодарила Ами и сжала её руку под одеялом.

Мы едва ли поместились на одной кровати.

— Не спасибо, а объяснишь Модесто, где я была, и что мы просто друзья, — рассмеялась она, и я впервые после сегодняшнего происшествия улыбнулась.

Спать мне совсем не хотелось, и я слушала, как Ами сыплет идеями и советами для моей работы. По её словам, я стала бы идеальным ночным нотариусом, у меня куча призрачных помощников, и я бы смогла принимать людей тогда, когда другие закрыты.

— Ты даже сможешь на учёбу днём ходить. Как тебе?

— И пить зелье неистовства, чтобы не помереть от нехватки сна? — пошутила я.

— Обязательно подумай. Жуткий некромант, который открывает двери для посетителей лишь в ночи, — мистическим голосом проговорила Ами и зевнула.

— Подумаю-подумаю.

Но думала я о другом, и всю ночь мне снились кошмары, в которых Немо был сын Дона мафии, и его разыскивали все криминальные семьи страны.

— Ты знаешь, что такое Омерта, миа Юрианна? — спрашивает меня мой Мастер. Его волосы были зачёсаны назад, в зубах зажата дымящаяся сигара, а в руке флакончик не то с ядом, не то с зельем неистовства.

Утро началось для меня с остывшего кофе и сверхвнимательной Ами. Она оставила на столике записку и извинилась, что сбежала на очередную подработку с первыми лучами солнца. Я же проспала почти до обеда.

Умылась, выглянула на ожидаемо пустой порог своей конторы и теперь уже всерьёз задумалась о том, чтобы работать по вечерам.

Все нотариусы закрываются в шесть. А я же в это время как раз могу начинать приём. Те, кто не попал к другим из-за работы, придут ко мне. В этом есть смысл! Засела в кабинете, прикидывая все за и против этой идеи. Сейчас мне нужно было отвлечься от вчерашней ночи и не думать о мафиози, которых я унизила.

“За” набралось гораздо больше моих невнятных “против”. Это действительно поможет мне найти клиентов и хоть немного заработать хотя бы на содержание конторы. Селесту я использую для отправки сообщений, Флавио будет охранять меня, а Луиджи… Луиджи будет делать свои важные кошачьи дела. Ещё есть могила Адольфо, но судя по размерам, там покоится медведь, и будить его я не хочу.

Написала заявление в Министерство Юстиции с просьбой утвердить мне мой новый график с шести вечера до трёх часов утра. Пока не передумала, я запихнула его в конверт и поплелась на почту. По пути меня перехватили мальчишки посыльные, которые вручили мне мою корреспонденцию и пообещали доставить моё письмо прямо к порогу Министерства в обмен на возможность поиграть с призраками. Не могла не воспользоваться столь щедрым предложением, отдала им своё заявление и решила засеть в ближайшем кафе и пообедать.

Пока ждала свой суп, разложила перед собой письма. Снова запросы из суда, ничего нового, несколько ответов из банков, выписаны они ещё на имя Горацио Торрагроссы, а одно оказалось от Его Высочества, но без каких либо гербов и печатей. Простое Алессандро Аккольте полупечатными буквами в уголке. А вот моё имя написано было так, слово у герцога дрожала рука. Надорвала конверт, и мне на ладонь упало два билета в театр и короткая записка.

Завтра. В семь. Очень жду. Искренне Ваш.