– Полиции все еще нужно найти четкую связь между смертями всех этих юношей. Да, сейчас доказательства кажутся убедительными, но суд может признать улики косвенными, если не найдется след ДНК, связывающий всех погибших, – сказала Кейт. – А тела, к сожалению, нашли сильно разложившимися, и с тех пор их давно уже кремировали.

Билл и Бев молчали, и Кейт не могла понять, о чем они думают.

– Значит, Ной Хантли может выйти на свободу? – спросил Билл.

– Если полиция не найдет следов ДНК, которые ведут к жертвам, построить убедительные обвинения будет сложно.

– Мы считаем, что Джоанна и является связующим звеном, – сказал Тристан. – Вы попросили нас найти Джоанну, и мы хотели бы продолжить.

– Но ведь полиция сама собирается открыть расследование заново? – спросила Бев.

– Разумеется, мы будем с ними сотрудничать, но в отличие от полиции мы будем полностью сосредоточены на том, чтобы выяснить, что с ней случилось.

Бев закивала, вытирая глаза, пока Билл крепко сжимал ее руку. Оба они выглядели совершенно отчаявшимися.

У Кейт и Тристана все еще были вопросы относительно несколько противоречивой информации, которую они слышали о Билле. Перед встречей они обсудили, стоит ли спрашивать о его бизнесе и этой истории с асбестом в здании Марко Поло-хаус, которую расследовала Джоанна, и в конце концов решили, что сначала нужно убедиться, что он согласен продолжать расследование. Как только Билл согласится работать с ними и дальше, они могут поговорить с ним наедине и задать все накопившиеся вопросы.

Но сейчас он выглядел таким несчастным, таким поглощенным горем Бев.

– Все хорошо, моя дорогая, – проговорил Билл. Он обнял ее и прижал к себе, и она принялась всхлипывать ему в плечо.

– Может, вам нужно немного времени, чтобы прийти в себя? – вежливо спросила Кейт.

– Нет. – Бев собралась с силами и вытерла слезы. – Вы столько всего сделали… Куда больше, чем полиция смогла сделать за все эти годы. Мне бы хотелось, чтобы они продолжили искать Джоанну, – добавила она, переводя взгляд на Билла. – Я не хочу снова возлагать на полицию все надежды и ждать, когда они наконец займутся делом.

Билл выглядел предельно серьезно. Он молча кивнул, раздумывая над ситуацией.

– Хорошо. Давайте договоримся на еще один месяц. Но в этот раз не могли бы вы звонить мне каждые несколько дней и рассказывать о результатах?

– Мы будем рады продолжить наше расследование, – заверила его Кейт, чувствуя вспыхнувшую в груди искорку счастья при одной только мысли, что им позволено вести работу и дальше.

Тут Биллу пришлось уйти, чтобы ответить на телефонный звонок из своего кабинета, а Бев, кажется, окончательно отрешилась от мира: она отстраненно уставилась на море.

– Мы, пожалуй, пойдем, – сказала Кейт, делая знак Тристану.

– Хорошо. Может, хотите сэндвич? Или еще что-нибудь? – спросила Бев.

– Нет, спасибо.

Бев вернулась вместе с ними в дом. Когда они проходили по коридору, Билл высунул голову из-за двери своего кабинета, одной рукой прикрывая микрофон телефона.

– Я сейчас разберусь с оплатой. Будем на связи, – сказал он и помахал им рукой на прощание.

Бев решила проводить их до машины.

– Вы в порядке? – обеспокоенно спросил Тристан, когда она оперлась рукой на стену, чтобы перевести дыхание.

– Да, дорогуша. Просто слишком много курю, – ответила она. – Мне нравится твоя машина. Новая?

– Да, я ее купил несколько месяцев назад.

– Красивая. Я не водила с тех пор, как мою машину украли. Давно это было, – проговорила Бев. – У меня просто не хватило бы смелости. Ее угнали в ту же ночь, когда пропала Джо… Все это как-то на меня навалилось. Знаю, я постоянно жалуюсь на то, что мне пришлось переехать, но по правде говоря, я рада, что мне больше не приходится жить в этом ужасном районе. А у тебя есть блокировка колес?

– Есть.

– Это хорошо. Полиция тогда решила, что кто-то взломал дверь, а потом закоротил провода на замке зажигания. А блокировка колес вещь полезная. Ни одному ублюдку не удастся угнать машину, если он даже руль повернуть не может.

– Вашу машину так и не нашли?

– Нет, конечно. Полиция сказала, что они и половины угнанных машин не находят. Их обычно перекрашивают, меняют номера и перепродают. А иногда сжигают на каком-нибудь богом заброшенном пустыре или скидывают в воду. Да и сомневаюсь, что я смогла бы сейчас сесть за руль. Еще раз спасибо вам за все. За многие годы вы единственные, кто дал мне хоть какую-то надежду. Вы же будете нам все рассказывать? Сразу, как только что-нибудь узнаете?

– Да, конечно, – пообещала Кейт. Бев помахала им на прощание: Кейт видела ее одинокую фигурку в зеркале заднего вида.

– Я так рад, что они хотят продолжить расследование, – сказал Тристан. Кейт понимала, что дело не только в этом: он явно испытывал облегчение от того, что проблемы с деньгами в следующем месте не возникнет. – Тебе не показалось, что Билл не был уверен, хочет ли он нас оставить?

Кейт кивнула.

– Не знаю, может быть, он хочет, чтобы расследованием занялась полиция, – предположила Кейт. Они выехали на извилистую дорогу, ведущую к трассе через холмы. – Давай-ка снова навестим отель Джеспера. Я все еще хочу увидеться с Ником Лейси.