– Ага, я успела вырубиться. Что такое?

– Ной Хантли. Я все сижу тут и пытаюсь понять, что мы должны у него спросить. Точнее, как мы вообще собираемся перейти ко всем сложным вопросом. Я вообще не понимаю, с чего начать: не то чтобы он нам сам расскажет, что все это время убивал и насиловал молоденьких парней.

– Я тоже об этом думала, – ответила Кейт. – Мы вообще не будем его об этом спрашивать. Вместо этого мы сконцентрируемся на вопросах о его взаимоотношениях с Джоанной. Это и есть ключ к раскрытию дела.

Ранним утром следующего дня Том припарковался на тихой улице, располагающейся на окраине Эксетера. Солнце еще не встало, и Том был одет в черное с ног до головы. Ночь выдалась жаркая, но он все же натянул на руки черные перчатки, а лицо прикрыл балаклавой, оставляющей открытыми только глаза.

Он взял с соседнего сиденья полиэтиленовый пакет, в котором лежали трусы Хайдена, спрятал его в черный рюкзак и выскользнул из машины.

Вдаль уходил длинный ряд дорогих городских коттеджей. Улица была пустынна и тиха – слышалось только негромкое жужжание мотыльков, вьющихся у оранжевых ламп уличных фонарей. Стараясь держаться в тенях, Том пересек две улицы и подобрался к большому черному внедорожнику, стоявшему под высоким раскидистым деревом.

Ни одно окно поблизости не горело.

Том извлек из кармана иммобилайзер, позволяющий открыть электронный замок машины. В интернете эта вещь стоила приличных денег, но покупка того стоила.

На всякий случай приготовясь бежать – вдруг эта штука не сработает, Том медленно нажал кнопку. Тут же раздалось тихое жужжание мотора, мигнули фары автомобиля, и замок на двери открылся с тихим щелчком.

Беспокоясь, что в любой момент может сработать сигнализация, Том открыл дверь и немного выждал. Ничего. Благословенная тишина. Тогда Том вооружился парой длинных металлических щипцов, достал ими из рюкзака трусы Хайдена и осторожно, следя за тем, чтобы не трогать ничего руками, тщательно протер тканью пассажирское сиденье, приборную доску и руль. Затем он запихнул их под сиденье.

Закончив, Том выпрямился, спрятал щипцы обратно в рюкзак и тихо закрыл дверь машины. Он нажал кнопку на иммобилайзере еще раз, фары мигнули снова, и замки с клацаньем закрылись.

На все у него ушло меньше минуты.

Мгновением спустя Том уже растаял в тенях и поспешил обратно к своей машине.

По пути домой он сделал еще одну остановку: у красной телефонной будки, стоящей на проселочной дороге. Оттуда он позвонил на горячую линию полиции и поделился важной информацией, имеющей критическое значение для расследования убийства Хайдена Окли.

Утром вторника Кейт и Тристан сидели в «Старбаксе», который находился неподалеку от университетского кампуса Эксетера. Стоял он на холме, в окружении разнообразных магазинчиков, и окнами выходил на протекающую неподалеку реку. Ной вместе со своей женой жили совсем рядом.

Тристану странно было впервые увидеть Ноя вживую – после всех этих недель, что он рассматривал снимки с камеры наблюдения, где они с Джоанной, склонившись, тихо что-то говорили друг другу, после всех этих историй, которые о нем рассказывали, после всех этих противоречивых мнений.

Ной был высоким широкоплечим мужчиной – на фотографиях он казался куда ниже. С начала двухтысячных годов он немного раздался в талии. Одевался он так, как мог бы одеваться отошедший от дел актер: слегка помятые хлопковые брюки и голубую льняную рубашку. На шее был небрежно повязан тонкий шарф.

Он подошел к их с Кейт столику, и на какой-то краткий миг Тристан растерялся, не зная, что ему сказать.

– Здравствуйте. – Вскоре он справился с собой и встал, протянув Ною руку. – Я Тристан Харпер, а это моя коллега – Кейт Маршалл.

– Очень рад встрече с вами обоими. – Он улыбнулся, схватил ладонь Тристана сразу обеими руками и горячо ее пожал. Кейт, как заметил Тристан, досталось несколько менее дружелюбное приветствие – с ней он использовал одну только левую руку.

– Спасибо, что уделили нам время, – сказала Кейт. – Я как раз хотела отойти к кассе. Может, принести вам кофе?

– Я бы убил за большую чашку латте. И если есть, то прихватите булочку.

Держался Ной очень уверенно, но Тристан чувствовал – внутри он представляет из себя обнаженный комок нервов. Кейт отошла к стойке, и Тристан остался наедине с внимательно рассматривающим его Ноем.

– А где именно располагается ваше детективное агентство? – спросил он.

– Залив Турлоу. Это километрах в восьми от Эшдина.

– Ах, Эшдин. Такое занимательное место. В детстве я часто ездил туда на выходные. Понимаете, моя тетя жила там в доме, стоящем на утесе. Звали ее тетя Мэри. Очень веселая женщина. Обожала джин, если вы понимаете, о чем я, – и он изобразил, как опрокидывает невидимую стопку джина.

– Ясно, – пробормотал Тристан. Над столом повисло неловкое молчание.