Он бросил торопливый взгляд в сторону Кейт – та как раз сделала заказ и ждала, пока можно будет забрать стаканчики с кофе.

Ной побарабанил пальцами по столу.

– Итак… Вы меня позвали, чтобы говорить о Джоанне Дункан, верно? – Он приподнял брови. – Неприятно это было – потерять место в парламенте. Очень неловко… И знаете, – он рассмеялся, – в парламенте до сих пор множество депутатов, которые делают куда худшие вещи, чем делал я.

Тристан с облегчением заметил, что Кейт уже успела забрать кофе. Секундой позже она уже вернулась к столику, нагруженная стаканчиками и булочкой для Ноя.

– Чудесно, благодарю, – сказал он.

– Тристан начал допрашивать меня о Джоанне Дункан, – поделился Ной. – Что ж, я сказал, что я уже большой мальчик, что я не держу ни на кого зла, и вообще все это дела давно минувших дней.

Тристан проклял себя за нерешительность: самоуверенность Ноя побивала все мыслимые пределы. Да почему он вообще должен смущаться? Почему люди с хорошо подвешенным языком постоянно заставляют его чувствовать себя деревенским дурачком?

Кейт купила булочку и себе и сейчас открывала маленькую упаковочку масла. Тристан поймал на себе ее взгляд: вчера они договорились, что разговор с Ноем будет вести именно он.

– Мы пытаемся найти Джоанну Дункан, – начал Тристан.

– Да, это вы уже упоминали. – Ной невозмутимо намазывал масло на свою булочку.

– О последних днях до ее исчезновения известно довольно много. Например, вы встречались с Джоанной за две недели до того, как она пропала без вести, двадцать третьего августа 2002 года. Это произошло недалеко от ее дома: вечером на автозаправочной станции, расположенной поблизости от деревни Аптон-Пайн.

– В этих чертовых коробочках всегда слишком мало масла, – пожаловался Ной, демонстрируя пустую упаковку. – Не будете ли вы так любезны принести мне еще одну? Тристан?

Выражение Кейт свидетельствовало, что она едва удерживалась от того, чтобы не закатить глаза.

– Я схожу, – сказала она.

– Нет. Тристан, сходите вы. Ваша коллега уже совершила одно путешествие к кассе.

В его глазах так и светилась насмешка.

– Конечно.

Тристан встал, подошел к стойке и спросил, можно ли ему еще одну коробочку масла.

– Ага, секунду, – ответил бариста, в этот момент наливающий вспененные сливки в большой стакан кофе. Тристан оглянулся: Кейт уже о чем-то разговаривала с Ноем. Он почувствовал себя полным дураком – его-то вопросы вообще ни к чему не привели. Нужно вернуться за стол и начать сначала. Ему здесь ничего не угрожает, в «Старбаксе» полным полно народу – большинство столиков уже занято. Чтобы удостовериться в этом, Тристан окинул зал взглядом и вдруг заметил детектива Мону Лим, сидящую за столиком у окна. Одета она была в джинсы и шерстяной свитер, а уши были заткнуты наушниками. На столе перед ней лежал ноутбук, рядом – раскрытый толстый учебник. Типичная студентка.

Их взгляды встретились, и в глазах у Моны загорелся легкий огонек паники.

В окне позади нее виднелся грузовик доставки, припаркованный на тротуаре. Сидящий внутри водитель внимательно вглядывался в зал «Старбакса», периодически говоря что-то в рацию. На другой стороне улицы стояла синяя машина, и в ней он заметил старшего инспектора Фэй Стаббс, прижимающую к уху телефон.

Тристан вновь обернулся на Мону, которая не сводила с него пристального взгляда.

«Твою мать», – понял Тристан. – «Ной Хантли под полицейским наблюдением».

Вдруг Мона торопливо вскочила с места и принялась искать что-то в пальто, висящем на спинке стула. Фэй вышла из машины в то же самое время, как у двери «Старбакса» с визгом затормозили две полицейских автомобиля.

А дальше все произошло слишком уж быстро. Четыре одетых в форму полицейских стремительно вошли в зал и направились к столику, за которым сидели Кейт и Ной. Тристан бросился туда же, но Мона, сжимающая в руке значок и служебное удостоверение, его опередила:

– Ной Хантли, вы находитесь под арестом за убийство Дэвида Ламба, Гейба Кемпа и Хайдена Окли…

Ной поднял голову, все еще держа в руке наполовину съеденную булочку, а Кейт откинулась на спинку стула, оглядывая полицию.

– Вы, должно быть, шутите, – сказал Ной, откусывая кусок.

– Вы имеете право хранить молчание. Однако это может навредить вашей защите, если вы не упомянете при допросе то, на что впоследствии собираетесь ссылаться в суде. Все, что вы скажете, может быть использовано как доказательство, – зачитала Мона. Фэй присоединилась к ним у столика, и при ее приближении один из полицейских приготовил пару наручников.

– Не могли бы вы встать, сэр? – попросил он.

– Это просто… Вы что, серьезно?! – воскликнул Ной. – Этого вы добивались? – поинтересовался он у Кейт. – Выманили меня в публичное место, чтобы устроить сцену!

– Сцену нам устраивать не обязательно, – сказала Фэй.

– Да кто вы, черт подери, такие? – заорал Ной с покрасневшим от злости лицом.

– Старший комиссар Фэй…

– Покажи мне свое долбаное удостоверение! – прорычал Ной, осыпая стол полупережеванными крошками. Фэй, все это время держащая в руках удостоверение, выставила его перед собой: