– Значит, сейчас уже подъедет! – Ответил Глеб. – Лёшка, вставай! Слава сейчас подъедет, позавтракаем и двигаем дальше, хорош дурачиться!

В ответ прозвучал измученный голос:

– Глеб, ещё полчасика, или я сдохну! Всю ночь не спал.

– Ладно, полчаса спи!

Из леса доносился быстро приближающийся звук автомобильного двигателя.

– Ну, вот и Слава! – Довольно бросила Вика, и, подняв голову, с улыбкой смотрела на подъезжающую машину.

Глеб пошёл навстречу джипу, сбивая капли с травы, и слыша, как сапоги чавкают во влажной почве. Джип неторопливо ехал между деревьями прямо к лагерю, покачиваясь и оставляя в траве колею. Он остановился возле кухонного навеса, дверца открылась и на мокрую траву спрыгнул плечистый коренастый парень в резиновых сапогах и тёмно-зелёной походной куртке. Глеб поздоровался, и помог вытащить из багажника сумку и флягу с водой.

– Соскучились? Я спешил.
– Слава поставил флягу на траву.

– Что радиатор?
– Спросил Глеб.

– Смотри!
– Слава поднял капот.
– Ручонки золотые. Быстро и аккуратно, даже денег не жалко.

– Отлично!
– Глеб критически оглядел заваренный шов, и, довольный осмотром, сам опустил капот.

– Пахомчик, я так понимаю, до сих пор дрыхнет? – Спросил Трутнёв и потёр заспанное лицо.

– Да пусть поспит немного, пока каша не готова!
– Махнула рукой Вика.

– Ладно!
– Махнул рукой Трутнёв.

Дождь прекратился, воздух густо пах смолой и хвоей. К ним добавлялся неповторимый запах свежести, лесной травы, варящейся каши, дыма от костра и свежего кофе. Издалека раздавалась оптимистичная дробь дятла.

– Да, июнь в этом году удался! – Буркнул Глеб.

– А что, погода устанавливается! – Весело бросил Славик. – Птички оживают, тепло предвещают!

– Да! – Подтвердила Вика. – Прогноз смотрела, на сегодня без осадков, плюс двенадцать, завтра до двадцати, а дальше уже тридцать!

– Из крайности в крайность! То мёрзнешь, то жаришься! – Продолжал Глеб.

– Глебушка! – Обняла его Вика.
– Ну что ты сердишься? Мы в отпуске, радуйся!

– Если бы не твой профессор, я бы сидел сейчас где-нибудь на Кипре! – Вздохнул Глеб.

– Как? Один?!

– Ну, что ты, Викуся? С тобой, конечно!

Когда искатели сели завтракать, прожужжала молния и из палатки вылез Пахомов, хмурый, с всклокоченными волосами и с подчёркнутым выражением муки на лице. На Глеба взглянули заспанные красные глаза.

– Что? – Недовольно буркнул Пахомов, садясь за стол.

– Когда ты одновременно просыпаешься и высыпаешься – это счастье!
– Усмехнулся Трутнёв.

– Но это не про нас!
– Поддержал его Глеб.

– Как спалось, Лёха? Что показывали?
– Продолжал Славик, стуча ложкой о тарелку.

– Про фиолетового бегемотика видел?
– Огрызнулся Пахомов.
– Посмотри как-нибудь, прикольная вещь!

Вика, улыбаясь, протянула ему тарелку с кашей:

– Овсянка, сэр!

– Пахнет чем-то съедобным! Чем это? – Нахмурился Лёха, глядя на кашу.

– Так! – Вика замахнулась поварёшкой. – Ещё слово – и каша будет с мясом!

– М-м-м! Судя по запаху - прекрасная вещь! – Изумился Пахомов, быстро отправляя в рот полную ложку. – Да-а! А как приготовлено! И даже без ГМО! Просто чувствую себя на приёме в Букингеме!

– То-то! – Вика поставила на стол чашку с чайными и кофейными пакетиками.
– Кому что надо - сами наливайте.

– Ты почему не спал?
– Поинтересовался у Пахомова Глеб.

– Сначала за костром следил, а потом просто сна не было!
– Отмахнулся тот с досадой.

Слава иронично заметил:

– Даже это у тебя не получается, Пахомыч! Тебе не кажется это странным?

– Человек-проблема! – Вздохнул Глеб.

– Проблема не во мне, просто год хреновый!
– Отмахнулся Пахомов.

– С чего ты взял?
– Взглянул на него Трутнёв.

– Если эта поездка - самое прекрасное, что было в этом году, то это очевидно!

– Когда это ты успел стать пессимистом?
– С иронией поинтересовалась Вика.

– Рассказать тебе, как нужно бороться с бессонницей?
– Спросил Слава.

– Давай! – Ответил Пахомов.

– Во-первых, расслабляешь лицо! Уши, веки, лоб, щёки! Обязательно - нижнюю челюсть! Потом руки, ноги, спину. Не ждёшь, пока всё расслабится, а сам контролируешь процесс! Сделал круг – и снова тем же маршрутом! Углубляешь расслабон раз от раза, по кругу! Так и не заметишь, как улетишь! Понял?

– Вот зачем сказал?
– Зевнул Лёха.
– Я теперь засыпаю!

– Лёша! – Крикнула Вика.
– Хватит уже! Пей кофе!

– Глеб! – Громко и картинно простонал Пахомов. – Я считаю, что в Уставе клуба должен быть пункт, определяющий для участников похода какие-то рамки, за которыми они получают право убивать!