– Вы так просто говорите такие жуткие вещи! – Поёжилась Вика, парни задумчиво молчали.

– Согласен, но, к сожалению, таков наш мир. Сформированное в этих условиях сознание воспринимает бога, иные миры, иную жизнь строго через призму усвоенных понятий, только через фильтр, и поэтому подобные вещи могут восприниматься как фантастический, и даже болезненный, бред. Но с другой стороны наше человеческое сознание может превратить этот мир в мир чудес! Поверьте, что я знаю, о чём говорю!

– Что вы имеете в виду? – Спросил Славик.

– Хотите, я покажу вам своего друга?

– Какого друга? – Удивилась Вика.

Бэккет повернулся к лесу. В темноте, среди освещаемых светом костра стволов сосен, что-то зашевелилось, треснул сучок, и из леса к костру вышел огромный белый волк. Бэккет спокойно сказал:

– Не бойтесь! Теперь это ваш друг тоже.

Он встал из-за стола, подошёл к волку и погладил его по голове, затем жестом пригласил к костру, и сам сел возле него. Волк спокойно улёгся перед огнём, время от времени, сверкая глазами, бросал взгляд на искателей. Его размер пугал. Если бы Бэккет вдруг вскочил на волка верхом и ускакал, это выглядело бы естественно при таких размерах. Серые подпалины шерсти с загривка сбегали на спину, светлея и исчезая, большие умные зелёные глаза, не мигая, смотрели на пламя. Ошарашенные невероятным зрелищем искатели, онемев от шока, разглядывали пришельца. Бэккет гладил волка по спине, по загривку, чесал за ухом, как любой хозяин делает это с обычной собакой. Вика не отпускала руку Глеба, прижавшись к нему всем телом, со страхом и любопытством выглядывая из-за повернувшегося к костру Трутнёва. Наконец, Бэккет потрепал волка за загривок и хлопнул по спине, тот медленно поднялся и ушёл в лес. Искатели молча смотрели ему вслед. Костёр негромко потрескивал в тишине лагеря. Бэккет протянул искателям клок белой шерсти в руке:

– Если вы решите, что это был гипноз…

Трутнёв машинально взял белый пучок из рук Бэккета.

– Я показал вам то, чего вы пока не понимаете. – Продолжал тот.
– Поверьте, что в мире есть много такого, чего вы не видите и не слышите, пока вам не позволят. Ну, на сегодня хватит впечатлений, вам пора отдыхать, всем спокойной ночи!

Ночью Глеб проснулся и сразу вспомнил весь долгий предыдущий день и вечер у костра. Мысли ринулись в голову из темноты:

– Почему никто не испугался? – Он сел и, повернув голову, посмотрел в темноте на спящую Вику.
– Почему все вели себя так спокойно, как будто каждый вечер такое случается? Кто он? Агафья спрашивала «человек ли ты?». Она знала? Что происходит? Со мной, со всеми нами?

Он вышел из палатки. Вокруг была тишина, изредка нарушаемая лёгким шелестом ветерка. Небо серело на горизонте, ночь уходила. Костёр потух. Где-то, далеко в темноте, квакали лягушки, и время от времени кричала выпь. Глеб поднял голову к небу. Ночь уплывала понемногу, забирая черноту неба и темноту, и небо светилось изнутри лёгкими бликами прозрачных облаков, и сияло во всей красе, усыпанное крупными звёздами, сверкающими подобно бриллиантам в чёрной бархатной мгле. Они светили и искрились, мерцали и сияли ровным спокойным светом, и вокруг них стали видны лёгкие облачки туманностей, сливающихся в Млечный Путь. Неожиданно Глеб почувствовал, как всё это небесное великолепие вращается, плавно и медленно, каждое мгновение утверждая Бесконечность Жизни, своё величие, могущество и неизмеримую вечность! Ощущение одиночества и потерянности перед этим космическим великолепием, едва возникшее в нём, мелькнуло секундной слабостью и тотчас исчезло, и Глеб недовольно повёл плечами, проводив это постыдное ощущение, но оно уже выдернуло его из того чувства гармонии и единства, которое он только что ощутил. Теперь вокруг была просто ночь, на небе были просто звёзды, и Глеб ощутил прохладу нового утра.

Глава 6. Переход

Пять последующих дней почти ничем не отличались от первого. Лагерь каждый день менял своё местоположение: от Каталино переместился к реке Маржа, оттуда – к урочищу Лисий ключ. Ежедневные переезды утомляли, но искатели оправдывали сами для себя эти неудобства высокой целью поисков. Никто не роптал и не жаловался, и даже Пахомчик, никогда не упускавший возможность вставить шпильку, не позволял себе отпускать на сей счёт никаких шуток. Неутомимый профессор вместе с Глебом тщательно обследовали местность, составляя карту геомагнитной активности. Трутнёв и Пахомов по очереди дежурили, меняясь: один отвозил Глеба и Бэккета на место поиска, а затем отправлялся в Каталино на заправку или за водой, в это время другой оставался с Викой в лагере, следя за порядком и помогая на кухне. Искатели проводили вечера, болтая с друзьями и родственниками по телефону, обменивались с ними фотографиями, висели в видеочатах. Пахомов, ведя свой блог, подробно излагал события каждого дня, опуская, правда, мистические подробности из жизни членов экспедиции, которыми она была теперь чрезвычайно насыщена.

Вечером пятого дня Бэккет за ужином был задумчив и неулыбчив. Допивая чай, он уверенно произнёс:

– Нам нужно вернуться к Агафье! Мы теряем время! Завтра утром предлагаю выехать в Подможное. Только она сможет нам помочь!

Искатели были удивлены.

– Что случилось, мистер Бэккет? – Спросил Трутнёв.

– Нам мешают! И делает это кто-то очень сильный. Агафья знает, как поступить, она поможет. Она – проводник.

– Какой проводник? – Удивилась Вика.

– Проводник куда? – Машинально переспросил Глеб.

– В другой мир. – Бэккет поставил кружку на стол.

Глеб отметил про себя, что встретил слова Бэккета довольно спокойно, не требуя объяснений, равно как и другие искатели. Он думал о том, что с появлением Бэккета он и его спутники относятся как-то абсолютно невозмутимо к тем невероятным вещам, которые с удивительным постоянством теперь происходят в их жизни. «И самое удивительное, - думал Глеб, - именно вот это необъяснимое спокойствие! Это что, нормальная реакция? Что происходит? И почему?». Ответа он не находил.

Джип остановился на дороге возле дома Агафьи. Бэккет вместе с искателями вошёл в дом. Агафья была очень рада их возвращению. И особенно радостно она встретила Бэккета:

– Как раз мне поможешь! А то завелась тут у меня нечисть, сладу с ней нет! Я её в двери – она в окно, я её в окно – она в дверь ползёт! Никак не сладить мне с ней! А вот с тобой вдвоём мы с нею живо разделаемся!

Искателям же она сказала:

– Тревожно мне, ребятки! Ну, да то не ваше дело! Ступайте пока в свой дом, отдохните, а мы тут своими делами займёмся. После вас позову!