Последнее, что велела ему перед смертью тетя, — позаботиться о младшей сестре. Его можно было и не просить. Они — дети «Галы», а дети «Галы» стоят за своих.

— Ты хороший мальчик, — вкрадчиво сказал мужчина. — Хороший брат. — Его рука соскользнула Ифе на бедро.

Ифа застыл.

После он запомнит только одну связную мысль — что ему нельзя шуметь, иначе он разбудит Йер.

— Нет, — сказал он Асале. — Я не взял сестру. Она дома. В безопасности.

Асала бросила на него взгляд, ее руки помедлили с настройками винтовки.

— Ладно, — сказала она уже без насмешки. — Сколько с тобой людей?

Вот так Ифа и оказался в темноте на корточках, с колотящимся сердцем, зная, что ему нельзя смотреть, но все равно заглядывая за угол. Он никогда не видел таких, как Асала. В его мире оружие носили только ганьдэские солдаты с рыскающими глазами или бунтовщики, когда хватались за цепи, ножи или ржавые трубы. Сорайя предупреждала его и о Хафизе — Хафизе и их страшном и коварном Ордене Борея, — но с ними Ифа никогда не пересекался. Сорайя все равно его предостерегала: «Не верь тому, кто обещает тебе что-то слишком хорошее, чтобы быть правдой».

Будто его еще надо этому учить. Иногда казалось, что Сорайя говорит все это не столько ему, сколько себе.

Но Асала — она двигалась, как… как герои в видео, когда их получалось скачать в лагере. Ифа обожал геройские истории, но никогда не думал, что так бывает в реальной жизни. Пока не увидел, завороженный, как Асала скользит в тени с чужой винтовкой («И с каких пор у Сорайи есть винтовки?» — впервые задумался Ифа), как вспышки озаряют темноту, как силуэты кричат, падают и бегут на Асалу, но всегда промахиваются. Нико, следуя за ней по пятам, были не так грациозны, но вместе они прорывались через охрану, как будто это не бойцы, а проржавевшая жесть.

Среди внезапной тишины в сумраке засветился белый прямоугольник — экран наладонника.

Ифа знал, что ему еще рано выходить, сигнала еще не было, но он не сдержался. Подкрался, словно загипнотизированный.

— Сколько еще? — спрашивала Асала.

— Минута. Может, две, — раздался голос Нико. — Замок не такой уж сложный.

— Есть вероятность, что кто-то из них успел подать сигнал?

— Нет, похоже, глушилка сработала, а коды Сорайи вырубили систему наблюдения. Но она была права: тут и так не было особого наблюдения.

— Интересно, — отрывисто сказала Асала.

— В каком смысле? — спросили Нико.

— Это не контрабандисты.

— Это не… стоп, что? Но Сорайя же сказала…

— Да, — ответила Асала. — Сказала.

Ифа попытался во всем этом разобраться, но не успел — Асала снова заговорила.

— Думаю, мы нашли, с кем пытались связаться наши террористы. Что-то взорвется — либо в лагере «Гала», либо на Гань-Дэ. — Она ненадолго замолчала. — Мы это остановим, что бы это ни было. Не верь Сорайе.

«Не верь Сорайе?..» — внезапно Ифу захлестнул гнев.

Светящийся наладонник пискнул.

— Есть, — сказали Нико с немалым облегчением. — Вошли.

Ифа юркнул обратно в тень. Через тридцать секунд ему маякнули, и у Ифы уже не было времени размышлять — он со всеми остальными яростно забрасывал технику, что спасет их жизни, на магнитные паллеты и потом увозил их в ночь.

Но в голове Ифы продолжали звенеть те слова: «Не верь Сорайе».

Ифа знал Сорайю намного дольше, чем Асалу или Нико, и Сорайя заботилась о своих. Заботилась о лагере. И ничего не просила взамен.

Если Асала и Нико замышляют что-то против Сорайи, он должен ее предупредить.

***

— Поторопись, — шипела Асала, выглядывая из-за шторки. Они втиснулись в рабочую нишу с обещанным доступом к архивам. Ифа с остальными помощниками Сорайи немедленно отправились с жизненно необходимыми припасами на стройку, предоставив Асале и Нико искать дорогу самостоятельно. Сорайя снова мерила шагами комнату с гарнитурой в руках.

— Я и так тороплюсь, — прошептали в ответ Нико. — К твоему сведению, при стандартном поиске я ничего не вижу о твоей сестре…

Асала пронзила их взглядом.

— Ладно! Ладно. Просто это быстро проверяется, вот и все. У нас есть доступ только к архивам обитателей; чтобы зайти отсюда куда-то еще, нужна минутка.

— Но у тебя же получится, да?

— Ага. — Нико говорили, не отрываясь от работы, один глаз — на заряженном наладоннике, второй — на экране интерфейса. — Коды доступа Сорайи открывают первичную защиту, так что теперь мне только остается просмотреть логины, пока я не найду человека, который пользуется одним и тем же паролем для обеих директорий.