Шрифт:
И лишь наклонившись к ней, Эш понял, что девушка жива.
От облегчения он шумно выдохнул. Коснувшись ладонью ее острого плеча, Эш стащил простынь вниз и с удовлетворением вместо стигмы увидел возле ее локтя лишь розовое пятно.
Все получилось.
Он тихо рассмеялся, растирая ладонью онемевшее от испуга лицо.
Все хорошо.
Он снова взглянул на спящую Айю. Но на этот раз Эш видел ее совсем иначе. Теперь он заметил, как тонкая полупрозрачная сорочка прильнула к ее влажной груди, волнующе повторяя каждую деталь тела. Как пряди рыжих волос прилипли к тонкой нежной шее, плечам и лбу. И маленькое розовое ушко…
Сердце в груди застучало быстрее.
Он понятия не имел, что за женщина скрывается в этой хрупкой оболочке, но если бы сейчас распахнулась дверь и на пороге оказались бы стражники, стигматики, горожане — да кто угодно, желающий причинить ей вред, Эш не колеблясь перебил бы их всех.
«Какое хрупкое равновесие»…
Он вдруг понял, о чем говорил ворон.
Резко вернув простынь на место, он с трудом поднялся на ноги и раскачиваясь, как пьяный, прогрохотал прочь до гостиной, придерживаясь руками за стену. Плюхнувшись на лавку, принялся ватными руками набивать себе трубку смесью дурмана и змеиной травы.
— Син! — громко крикнул он. — Иди сюда!..
Едва услышав Эша, мальчишка ворвался в дом, будто все это время сидел прямо под дверью.
— Ну что? Как?.. — выпалил он, глядя на Эша, так, будто сейчас должен был услышать свой смертный приговор.
— Хорошо все. Помоги при…
Мальчишка бросился в спальню сестры, не дослушав Эша.
— … прикурить, — договорил Эш, заторможено глядя на пустое место, где только что стоял мальчик. Ругнувшись себе под нос, он кое-как справился с огнивом и с наслаждением втянул в себя горьковато-сладкий дым.
Впервые в жизни ему захотелось напиться. Не выпить, чтобы ощутить приятную расслабленность тела, а напиться до отключки и проспать весь оставшийся день до следующего утра без снов.
Прикусив мундштук трубки, он кое-как отмыл руки и лицо водой из бочки. Потом отыскал на столе среди свертков новую рубашку, надел ее и побрел во двор, к Полудурку. Взобравшись в седло, Эш чуть тронул бока коня пятками, и мерин послушно зашагал прочь.
— Эй, а ты куда?! — крикнул ему в спину выскочивший на крыльцо Син.
Еще чего не хватало — перед пацаном отчитываться!
— К выпивке и шлюхам! — не задумываясь, крикнул Эш через плечо, чтобы малой отвязался.
И в самый последний момент он заметил краем глаза в окне тонкий белый силуэт…
Он мысленно выругался, прикусив губу.
Пожалуй, про шлюх он все-таки напрасно брякнул.
Не рискуя переходить на рысь, Эш шагом доехал до перекрестка и направился к той части города, где, по словам торговца одеждой, любили проводить время старатели. Добравшись до первой же питейной, он остановился, привязал коня и побрел внутрь, попыхивая дурманной трубочкой.
Боль отпустила. Вместо нее появилось притупленное осязание и слегка искаженное ощущение собственного тела в пространстве, но это была малая плата.
Плюхнувшись за свободный стол, одиноко ютившийся в углу, Эш поднял руку и громко крикнул молодому светлобородому хозяину с передником вокруг объемного живота:
— Две можжевеловой!
Тот кивнул головой и полез под прилавок за стаканами.
И тут Эш почувствовал знакомое жжение в груди.
Материнская стигма запульсировала и забилась, почуяв въехавшего в город второго дингира. А следом за этим жжением пришла вторая волна, заглушая первую.
— Твою ж акаду… — пробормотал Эш.
Их двое? Одновременно? Или они вообще приехали вместе?..
И тут сквозь собственные мысли он услышал за спиной знакомый вкрадчивый голос.
— Не советую здесь можжевеловую пить. Разбавляют подслащенной водой, на вкус такая срань получается…
Он обернулся, и с изумлением увидел усмехающееся лицо Лиса.
Глава 14
Взгляд Эша, по всей видимости, был очень красноречив. По крайней мере, Лис расплылся в широкой улыбке, демонстрируя дыру промеж зубов.
— Что-то не похоже, что ты мне рад.
— А должен? — хмуро отозвался Эш.
Вор без приглашения плюхнулся за стол напротив.
— Да будет тебе… Что, боишься, я тебя местным законникам сдам? «Эй, люди добрые, ловите этого беглого!» — исказив голос, пропищал он. — «А ты почем знаешь, что беглый?» — сам себе ответил он басом. — «А то как же, мы ж с ним на одной цепи сидели!». Так что ли?
Эш хмыкнул.
— Ну знаешь, если бы все на свете умные были, так и дураков бы не было… — проговорил он.