Больше часа толпа на берегу выясняла отношения. Причем вожди устроились под тем самым навесом, где еще с вечера одиноко стояли бутылки с вином. Боевики обоих отрядов мялись среди пальм, отмахиваясь от комаров и зло зыркая друг на друга. Иногда что-то обидное выкрикивали. Чужие они друг другу, однозначно.

Прогулка по джунглям негров настроила на воинственный лад, и они теперь пытались выторговать себе условия получше. Их старший, здоровенный детина в цветастой рубахе, размахивал руками, корчил рожи и громогласно что-то выговаривал турку в феске. Тот сидел на единственном кресле, развалившись и демонстрируя презрение всем своим видом. Кстати, зря он так. В походе без аборигенов пиратам не справиться. Поэтому в любом случае они выступают в качестве просящей стороны. Нельзя при этом корчить из себя хозяев положения и столь нарочито демонстрировать свое неуважение к собеседнику. Они думают, что авторитетом задавят? Сомневаюсь. Пусть я по головам второй отряд не пересчитал, но мне кажется, негров там раза в полтора больше. И да, часть пиратов на палубах, поэтому на берегу в случае драки им будет совсем кисло.

Тем временем ругань за столом набирала обороты. Уже не только покрытый татуировками вождь махал руками, но и турок стал что-то экспрессивно доказывать, тыкая пальцем в развернутую карту и попутно призывая Аллаха или кого еще он там мог призывать в свидетели. Очень уж характерные жесты у него были.

Я моргнул и еще раз приник к окулярам бинокля. Нет, не померещилось — часть гостей руки на торчащие за поясом пистолеты положила. Демонстрируют свою храбрость? Или морально босса поддерживают? Идиоты, пираты след за ними тоже за оружием потянулись. А у меня в голове будто колокольчик прозвенел:

— Фрол, они пока друг перед другом удалью меряются, на слабо проверяют. Но еще на пару минут запала у них хватит. Потом на попятный пойдут, но именно сейчас самый раз подгадить.

— Хочешь турка завалить?

— Не, так точно стрелка будут искать, пуля в затылок хлопнет. А вот негра…

Распахнув горловину рюкзака, потянул оттуда глушитель, завернутый в тряпицу. Ведь еще сомневался дома, стоит ли брать. Штука ненадежная, хватит буквально на два-три выстрела. Но мне сейчас одного будет более чем достаточно. Да, это не оружие для специальных операций. Это съемный глушитель под обычный карабин. Но понять, откуда именно «гостинец» прилетел, будет сложно. Кто на берегу, подумает на корабли, где на палубах толпа собралась. Кто на кораблях, вряд ли начнет оглядываться, звук шумом ветра в камышах замаскирует, а главное развлечение прямо перед ними начнется. Я же постараюсь им углей за шиворот подбросить. Тем более, что дистанция здесь как раз метров сто пятьдесят или чуть больше. И мне не в голову, мне в грудь попасть надо. Этого хватит с гарантией, зато чтобы без промаха.

— Ветер слабый, с моря, без порывов, — подсказал Фрол. Он чуть пригнулся, чтобы даже случайно наше укрытие не засветить, а я уже поднял ствол и приложился удобнее. Да, вот так. Я не бегал, дыхание ровное. Усталости нет, руки не дрожат. Цель вижу, вдох, небольшой выдох и…

Пуля ударила негра в центр груди, как я и планировал. Сильно ударила, даже брызнуло на стол темно-красным фонтанчиком. Негр не успел закончить фразу, как повалился на спину, сбив стул и попутно опрокинув стоящего позади головореза. Я же замер, чтобы не выдать себя лишним движением. На панаме у меня накидка с травой, пучки должны вместе с ветром колыхаться. Морда в грязи и зеленой пасте, с утра подновленной. Меня сейчас только вблизи можно разглядеть, да и то надо сильно постараться. Выстрел — как глухой хлопок. Но звук вряд ли далеко пошел, все же зелени между мной и кораблями полно. Это пуле стебелек почти не помеха на ста метрах, а звук — он должен гаситься. Главное же — цель я поразил, себя никак не обозначил и осталось убедиться, угадал ли с моментом для резкой эскалации конфликта.

Целых пять секунд ничего толком не происходило. По другую сторону стола суетились вокруг убитого вождя. Две толпы на берегу и пираты на палубах стояли молча, явно с недоумением пытаясь понять, а что, собственно, происходит. Я уж было подумал, что все зря, что начнут сейчас орать «это не мы» и моя импровизация закончится совместными поисками стрелка. Но тут из ступора вышел один из телохранителей турка и повалил босса на траву, прикрывая от возможного выстрела. И это послужило толчком к бешеному развитию событий.

Первый залп дали негры. Они успели за долю секунды до того, как пираты ответили. И сразу весь берег затянуло серой пеленой, сквозь которую в бешенном темпе засверкали вспышки выстрелов. Противники старались разрядить револьверы и ружья до того, как в суматохе внезапно начавшегося боя получат шальную пулю. Я еще чуть пригнулся, больше разглядывая начавшуюся суету на кораблях, чем представление на твердой земле. Там сейчас вообще толком ничего не увидишь, сплошное месиво. Крики, грохот выстрелов и дым, который встал плотной стеной.

Шхуна стояла второй в цепочке кораблей. И на ней, как оказалось, был самый грамотный и опытный шкипер. Потому что именно там первыми начали стрелять в сторону негров. И именно там первыми побежали к пушкам, укрытым брезентом. Пока они суетились, первой яхте досталось сразу — ее якорная стоянка оказалась как раз напротив степных гостей. Поэтому шансов у немногочисленного экипажа не было никаких. Их буквально смели с палубы плотным ружейным огнем, попутно изрешетив надстройку и мачту со свернутыми парусами. Я даже отсюда слышал, как выбивают щепки выстрелы из ружей и как сначала взвыл какой-то бедолага, поймав плюху. Успел увидеть, как он запутался в собственных ногах, боком засеменил к другому борту и, получив еще пару ударов в спину, кувыркнулся в воду, молча.

— Ты бы спрятался, — прошипел зло Фрол, — поймаешь гостинец ненароком!

Я медленно присел, чтобы не выдать себя резким движением. Подождал пару минут, прислушиваясь к нарастающей пальбе и пробормотал:

— Слышишь, чтобы мимо вжикало? Я вот не слышу. По мне, они сейчас вдоль берега друг друга выкашивают и по кораблям садят в упор. И это — снизу вверх. Поэтому все пули выше камышей идут. Придется еще глянуть чуть попозже. Надо понять, как там веселье развивается, кто верх берет.