— Табун они отправили обратно, следы туда идут. А остальные пешком пошли. Карту покажите.

На развернутом листе парень стал объяснять, а Фрол изредка кивал, подтверждая, что запомнил советы:

— Отряд большой, за собой натоптали. Поэтому напрямик они не двинутся. Дорога здесь для толпы лишь одна, мимо вот этой речки. У вас она лишь ближе к берегу показана, но идет вот с этих болот. Там несколько холмов друг за другом, вот по ним и можно до побережья добраться. Но это лишних полдня идти, если не больше. И вот здесь и здесь придется через топкие участки пробираться. Поэтому вам лучше иначе двигаться. Вот сюда, где раньше древесину добывали. Заросли там серьезные, отряду с поклажей там неудобно. А вы легко пройдете. И потом чуть довернуть — и как раз с чужаками где-то здесь и столкнетесь.

— Сталкиваться не надо. Но я понял. Значит, они дают крюк, а мы почти напрямую срежем. И вот куда-то сюда.

— Там бухта есть у болот, а на берегу — проплешина большая в джунглях, есть где людей разместить. И речка как раз через камыши в несколько проток выходит. Правый самый глубокий, с заливчиком. Зато в болотине можно укрыться.

Помню это место. Там еще комаров было огромное количество, мы на палубе не знали, куда от них деваться.

— Фрол, дорогу представляешь?

— Да, вполне. Вот тут даже сам ходил одно время. Быстро доберемся.

— Тогда, Егор, догоняй наших. А мы двинем. Птицы по веткам скачут, вроде не пугает их никто. Не должно здесь засады быть. Ну а в джунглях мы уже сами любого схарчим.

Вот теперь я в полной мере оценил, насколько комфортно мы путешествовали из Новой Фактории. На лошади, не натирая плечи увесистой поклажей. Не оскальзываясь на липкой противной глине. И не хватая ртом тяжелый прелый воздух. А ведь — не бежали, просто шли, стараясь не надрываться и рассчитывать силы. Но все равно — джунгли выматывали, заставляя одновременно держаться настороже на случай любой неожиданной опасности. И попутно глядеть под ноги, выбирая, куда в этот раз лучше поставить сапог, чтобы не поскользнуться. И так час за часом, двигаясь, словно автомат. Причем Фрол вошел в ритм передвижения сразу, будто ты рыбу в реку выпустил, и она радостно поплыла в родной стихии. А я все никак не мог приспособиться, проклиная про себя идею с разведкой, негров с их шараханьем по чужим землям, пиратов на Тортуге и все мироздание целиком и полностью.

К вечеру, когда рубашку с меня можно было несколько раз выжать, напарник жестом показал на дерево слева от нас.

— Кто там? — спросил я, выцеливая неизвестного противника.

— Там лежка, это самая северная точка у бывшей лесозаготовки. Сажали человека на помост, снизу иногда собаку держали. И он следил, чтобы посторонние не шлялись без спроса. Потом сверху еще навес смастерили от дождя и народ там ночевал. Удобно — колючей лианой поверху заплели от змей, наверх просто так не заберешься. Вряд ли за несколько лет совсем обветшало, серьезно ладили.

— Тогда давай проверим. На земле ночевать не очень хочется.

Помост был. Правда, никакой лестницы бывшие владельцы не оставили, но у Фрола нашлась маленькая «кошка» с веревкой, по узлам которой он и взобрался наверх. Следом втянул поклажу и последним помог подняться мне. Среди ветвей из толстых плах соорудили площадку где-то три на три метра с ограждением. Сверху топорщились прелые широкие листья c изрядными прорехами по краям. Но переночевать нам хватит, дождя сегодня не будет. И здесь в любом случае лучше, чем на мокрой траве внизу. Поэтому раскатали тонкие спальники, соорудили из противомоскитной сетки полог и достали продукты. Пожуем и спать. Думаю, можно даже не дежурить — это место просто так и не обнаружишь, а мы любой шум услышим и успеем отреагировать.

— Завтра так же будем напрягаться? — я вытянул гудящие ноги и облегченно выдохнул.

— Не, легче будет, — Фрол закончил жевать галету и тоже лег. — Тут заросло все, конечно. Но посуше и тропы кое-какие должны были после выработки остаться. Местные здесь редкую древесину выгребали. Как разорили этот участок, ушли на другой. Но зато почти до побережья пройдем без особых проблем. Там, где бревна волокли, по любому мы вдвоем проскользнем как тени. И я тут пару раз бывал, так что дорога знакомая.

К побережью мы вышли через два дня. Как раз к вечеру — сдвинув очередной лист папоротника я замер, а Фрол чуть не врезался лбом мне в спину.

— Море.

Вымотались изрядно, поэтому не сразу сообразили, что добрались до промежуточной точки марафонской дистанции. Я отслеживал возможные угрозы все время. А море — это не угроза. Это другой набор звуков, соленый ветер и никаких людей вокруг. Раз нет опасности, то и границу джунглей чуть не проскочил на автомате. Но теперь мы замерли, оглядывая раскинувшийся пейзаж. Широкая полоса песка, плавник и водоросли, на которые накатывали волны. Вдали крики чаек, которые заглушали вопли попугаев над головой.

— Нам налево. И придется идти по кромке зелени, чтобы с корабля не заметили. К сожалению, троп хоженых тут нет, поэтому быстро не получится, — заметил Фрол, вытирая мокрое от пота лицо.

— Сколько примерно до ближайшей бухты?

— Не знаю, часа три или четыре.

— Тогда давай назад и на ночлег. А следы уже завтра будем искать.

В самом деле, километров пять минимум мы напролом перли, сойдя с дорожки, повернувшей на запад. Нам совсем в другую сторону сейчас. Туда, где должны быть негры, пираты и много диких обезьян. Это я от усталости балагурить пытаюсь. Самое смешное будет, если мы побережье прочешем, а вся эта шайка-лейка по своим каким-то делам просто в джунгли залезла и где-нибудь в глубине зарослей личные проблемы решает. Сомнительно, конечно. Очень уж по времени все с гостями с Тортуги пересекается. Но чем черт не шутит. Надо до темноты бивак разбить и постараться отдохнуть. Завтра уже посмотрим — насколько мои умозаключения были правильными.