Я протер устало глаза, качая головой:

— Ты с ума меня сводишь.

— Ты не остаешься в долгу, — обернулся он. — Пошли.

Заседание, как выяснилось на нужном этаже, было окрытым. Стоило показаться в коридоре, к нам хлынули журналисты, и в глазах зарябило от вспышек. Зверь, вернувшийся в свои права вчера, встретил этот произвол неодобрительно. В первый же микрофон я так зарычал, что папарацци отскочил с ним к противоположной стенке.

— Прошу, отойдите, пожалуйста, — взял голос Сезар.

— Мистер Уэйн, в чем вас обвиняет Смиртон? — уже с большего расстояния поступил вопрос.

— Мы как раз собираемся это выяснить…

Сезар взял все в свои руки, а я только стоял и удивлялся — как позволил? Я не знал, что он собирался делать и как меня оправдывать, но снова верил ему и ничего не мог с этим поделать. Меня даже чувство гордости не обошло — ну у кого бы еще был такой младший брат? Стоит, рычит на всех и не подпускает ко мне.

— …Прошу нас извинить, мы должны предстать перед судьей, — прервал он потоки вопросов, и мы прошли к дверям.

— Зря я тебя рассчитал тогда, — заметил я тихо.

— Самое время нанять обратно, — он толкнул передо мной двери.

Заседание все же оказалось закрытым. Прессу оттеснили за двери, стоило нам пройти к своим местам. Полный набор охраны, как в департаменте вчера, не удивил. А вот то, что сам президент тут присутствовал, в первый момент ввело в ступор.

— Мистер Уэйн, — поприветствовал он меня лично. Занял наблюдательную позицию, отдавая право голоса шавке? Хорошая политика. — Надеюсь, вы не имеете отношения к тому действию, в котором, как меня пытаются убедить, вы виновны.

— Я тоже надеюсь, что вы не имеете отношения к тому действию, которое меня сюда привело, — многозначительно заметил я.

Его взгляд дрогнул. И слишком много мне всего рассказал — сомневается, что стоило допускать Лоуренса до черты. Но уж слишком заинтересован держать меня за яйца. Или я ошибался, и все было не совсем так, а то и вовсе иначе. Меня это не интересовало. Я никогда не рассчитывал на людей.

— Я вас уверяю, что, как бы ни было, я сделаю все, чтобы мы пришли к консенсусу.

Я не отказал себе в презрительной усмешке.

— Прошу, садитесь. — Лоуренс был тут как тут. — Сегодня предварительное слушание…

— Ну вот на нем и закончим, — жестко отбрил Сезар, провожая взглядом президента, занявшего свое место, и повысил голос: — Мы не намерены терпеть ваши обвинения. Надеюсь, извиняться умеете? Приготовьте слова — мой вам совет.

Лоуренс только зубы сжал, мазнул по мне взглядом и направился к судье. И постановка началась.

Это утро показалось слишком похожим на вчерашнее — та же тишина. И пустота рядом. Я открыла глаза. Рон мирно дрых между мной и подушками. Но все равно было пусто. И эта пустота испугала до чертиков. Я поднялась и глянула вниз — пусто и тихо.

И на столе сложенный вдвое белый листок — записка. Я ожидала увидеть в ней что-то типа «Завтрак в холодильнике». Вернее, я очень хотела там это увидеть. Тогда можно было бы позвонить Зверю и спросить, куда он делся. Но вместо этого на развороте было краткое: «Мне некуда бежать».

Я так и замерла с листком, раскрыв глаза. Руки задрожали. Внутри выплеснулось столько пустоты, что, казалось, сердце провалилось в нее в первый миг.

— Да что б тебя… — выдохнула, тяжело опускаясь на стул.

Что я ему вчера сказала не так? Почему он снова ушел воевать с людьми? Он же может не вернуться…

Тело болело и требовало вернуться в постель, но я заставила себя подняться и побежала искать мобильный, чтобы набрать Уилла. Эйдану звонить бесполезно, хотя тоже очень хотелось. Но я сделаю это позже.

— Айвори? — вдруг вошел Уилл в двери, и я понеслась обратно по ступенькам.

— Эйдан уехал?

— Да, просил присмотреть…

Он сделал шаг внутрь, но я перегородила ему путь:

— Поехали за ним!

Уилл моргнул, удивленно округляя глаза. В руках он держал пару бумажных пакетов, из которых пахло едой, но было вообще не до завтрака.

— Так, выдохни, — обошел он меня и направился к столу.

— Что значит — выдохни? — прошлепала я следом, возмущенно тыча в двери позади. — Уилл, он думает, что мне без людей не жить!

— А тебе…

Он упрямо продолжал выполнение программы, то ли не желая расстраивать босса снова, то ли еще что-то.

— А мне это совсем не важно! — Я вдруг остановилась, напугав саму себя, и часто заморгала, пытаясь уловить эмоцию. — Я ведь по большей части хотела просто из дома сбежать, и Смиртон казался идеальным вариантом…