Рон очень радикально решил вопрос с надоевшими вспышками камер. Когда он начал обращаться, журналисты замерли. А когда рванулся из рук, кинулись врассыпную. Мы с Уиллом бросилась следом. Журналисты за нами. И такой толпой мы все влетели в зал заседаний. Охрана не успела совладать с ходом событий, не зная, что делать с медвежонком. А Рон уже определился с целью и резво понесся вглубь зала.

— Девушка, вам нельзя… — перехватил меня за руку охранник. Уилл увяз в объятиях другого.

— Там — мой сын! — возмутилась я как раз в тот момент, когда Рон влетел в руки папы и безнадежно вцепился в его шею лапами.

Защелкали вспышки, загомонили присутствующие, но я все равно слышала, как ребенок самозабвенно жалуется Эйдану. Молодец, сынок! Пусть знает, как исчезать по утрам и сбегать на всякие сомнительные мероприятия!

— Маму оставить, остальных — на выход! — долетела до меня директива.

Уиллу пришлось подчиниться, а я сбивчиво поблагодарила и направилась к семье.

— Привет, — улыбнулся мне Сезар на подходе.

— Привет, — осторожно ответила на его улыбку, не в силах отдышаться.

Интересно, успели они разобраться с отношениями или нет? Мне сейчас вообще стало интересно все вокруг. Тип этот суровый рядом, к примеру, которого я не знала. Он изучал меня пристально некоторое время, потом протянул руку:

— Рэм.

— Айвори.

— У вас чудесный ребенок, — похвалил он.

— Спасибо.

Все, что годно! Лишь бы не смотреть на один суровый экземпляр, успокаивающий медвежонка. Я все же скосила на него взгляд. Ох, как он смотрел! Да, мы за тобой примчались в суд. А что такого? И я невинно вздернула брови, хлопая глазами.

— Господа, прошу к порядку! — рявкнул судья. — И покиньте уже зал суда!

— Пошли, — кивнул мне Сезар, и я получила возможность передышки, возглавляя процессию.

— Уберите журналистов! — прорычал кто-то за спиной.

Но куда там!

Меня снова смело толпой жаждущих новостей.

— Что было на заседании? — тыкались в лицо микрофоны. — Айвори, вы пришли поддержать отца вашего ребенка?

— Мистер Арджиев, какова ваша роль в процессе, если вообще о нем идет речь?

— Мистер Уэйн, вам выдвинули обвинение?

— Нет никакого обвинения, — принял огонь на себя Сезар. Не похоже было, что он не печется об Эйдане — закрывал его грудью. Рэм при этом отгораживал собой меня, и вместе мы пробирались к выходу. На ступеньках стало свободнее, и к антижурналистской борьбе примкнул Уилл.

— Твой присмотрит за экспертизой? — уточнил у Рэма Сезар.

— Не беспокойся, спуску не даст.

Получив свободу движений, я поравнялась с Эйданом и медвежонком.

— Пойдешь ко мне? — протянула руки, и Рон качнулся в мои объятья, не задумавшись. Бонусом получила от Зверя еще и порцию сбивающего дыхание взгляда. Но у него были другие заботы.

— Садись, — кивнул на джип Сезар. — Твою отгоним.

Эйдан задержался на нем напряженным взором, но все же кивнул. Мне предложили усесться первой, он устроился рядом. Рэм с Сезаром расселись спереди, и машина рванула от здания суда. Рон переполз на папины колени. Может, чувствовал его состояние? Мое вряд ли было лучше, но ему он был нужнее.

— Ну ты и устроил кипиш, — обхватил Эйдан его мордочку, вынуждая непоседу хоть немного посмотреть в глаза.

Сам при этом улыбался, пусть и немного устало. Он определенно рад был нас видеть. Но я не решалась спросить ни о чем.

Мы ехали куда-то в центр. Сезар с Рэмом о чем-то тихо переговаривались, а я чувствовала, что уже не могу молчать:

— Так Эйдану что-то угрожает? — потребовала выразительно.

— Нет, — отозвался Сезар. — Не переживай.

Сам объект переживаний при этом одарил говорившего таким неоднозначным взглядом, что я малодушно порадовалась, что не являюсь его целью. Рон как-то незаметно обратился ребенком, и я до конца пути получила возможность сбежать в процесс одевания беглеца. Пока цепляла на него памперс, поняла, как и обещал Эйдан, что мне на самом деле все равно, в каком сын обличии. Медвежонок или человек — я видела в нем самое дорогое существо.

Машина вскоре свернула в квартал жилых высоток и въехала в ближайшие охраняемые ворота. Сердце каменных джунглей не нашло никакого отзыва в душе. Я даже заскучала об арендованном домике с его тихим садом, и это лишь подтверждало мои истинные желания.

В лифтах мужчины немного поэлектризовали пространство взглядами, но мы с Роном его прекрасно разрядили. Ребенок не видел еще столько медведей вокруг себя разом и снова потянулся к Эйдану в поисках поддержки. Я заметила, что с момента, как начал оборачиваться, Рон стал развиваться гораздо быстрее. Сейчас он уже твердо сидел в руках сам, хотя только недавно научился ползать и переворачиваться.