Шрифт:
Псих тяжелым взглядом смотрел на Жира.
– А ты меня взглядом не дави, – сказал свин. – Я тебя не боюсь и не верю тебе. Ты накосячил с этим убийством, а теперь отмазаться пытаешься. Знаешь, что такого греха Босс тебе не простит. Катя не была демоном. Я тоже не вчера родился и демонов, слава богу, видел немало. Ничего в ней демонического не было, обычная девушка, встретившая нас на свою беду. И взглядом меня не сверли, я не из пугливых.
– Хватит! – прервал их Четвертый. – Я уже принял решение.
Глава тридцать пятая. Сретенский район
(в которой каждый получает свое)
Где-то в Сретенском секторе
Забайкальской локации.
52°06' с. ш. 116°91' в. д.
Четвертый обвел всех тяжелым взглядом и сказал:
– Черви в горшке – какое-никакое, но доказательство. Я верю Психу, что это была Госпожа Белые Кости.
– Ну конечно! – взвился свин. – Мы поверим Психу, а мои слова о том, что это точно был не демон, это так – в углу нагажено. Все как всегда, короче!
– Жир, не нагнетай! – попросил Четвертый. – И без того на душе хреново. Псих, ты можешь толком объяснить, что это за Госпожа Белые Кости, что она делает, и что надо делать нам?
Псих, у которого еще не прошла обида, поморщился, но ответил:
– Очень трудно что-то сказать – она очень сильна и сто пудов обладает огромным опытом. Думаю, она точно из Древних и почти наверняка помнит приход Системы в мир.
Тут он почесал в затылке и внезапно спросил:
– Тот, я только сейчас сообразил, что не знаю, сколько тебе лет. Жир меня немного моложе. Драк совсем молодой демон. Четвертый вообще вчера родился. А тебе сколько?
– А я тоже не знаю, сколько мне лет. – ровным голосом ответил сом. – Это неважная информация. Я ее никогда не отслеживал. Потому что это неважно. Совсем неважно.
– Все понял, – улыбнулся Псих. – Кстати, как ты себя чувствуешь? У тебя настроение не менялось?
– Не менялось. Настроение не менялось.
– Короче, – влез в разговор свин и добавил раздраженно. – Мы сейчас будем выяснять, когда у Тота день рождения, или ты все-таки расскажешь про Госпожу Белые Кости?
– Расскажу, – пообещал Псих. – Хотя я очень мало что могу сказать – она очень прошаренная и как минимум не уступает мне по уровню. Она специализируется на ментальной магии, и говорю, как на духу – более сильного ментального мага я в жизни не встречал. Понятно, что она играет на чувствах людей, внушая им раздражение, неприязнь, похоть и тому подобные желания. Не удивлюсь, если путешествующие по ее землям большей частью сами убивают друг друга, а она уже приходит на готовенькое. Ментальная магия у нее чрезвычайно сильна, на меня она не действует только из-за пары скрытых веток с редкими умениями, побочным действием которых является невозможность наведения морока.
– Интересно у тебя получается – вся рота идет не в ногу, один я в ногу иду! – хмыкнул Жир. – Колдунья манипулирует нами, на нас раздражение насылает, но по факту мы ничего плохого не делаем, а людей в итоге убиваешь ты. А, может, все наоборот? Может, тебе внушают мысль о собственной исключительности и неуязвимости, чтобы ты нас спасал, других людей убивая? Как ты только что говорил – все сами друг друга перебьют, демону только прийти на готовенькое останется. И покушать приготовленное.
– Хватит! – хлопнул ладонью по земле Четвертый. – Хватит друг на друга наезжать! Псих, что ты думаешь – как нам сейчас лучше всего действовать?
– Драпать, – коротко сказал Псих. – Брать руки в ноги и стараться поскорее выскочить из ее земель. Одно плохо – если подконтрольная ей территория и впрямь до самого Нерчинска тянется, то за сегодня мы ее пройти не успеем. Заночевать придется.
– Хорошо, тогда выходим прямо сейчас, – принял решение Четвертый. – Псих, постарайся больше никого не убивать, мне будет очень трудно поверить тебе второй раз. Что с трупом будем делать?
– Ничего с ним делать не надо, – буркнул Псих. – Это морок, он через пару часов развеется.
– Или демон его съест, – не удержался от подколки Жир.
Где-то в Сретенском секторе
Забайкальской локации.
52°01' с. ш. 116°70' в. д.
День прошел тяжело, паломников как будто давила какая-то неведомая хворь. Шагалось трудно, было жарко и душно, пот струился по лицу, а изнутри накатывало раздражение. Раздражены были все и цапались по малейшему поводу. Свин с обезьяном даже разошлись на максимальное расстояние, чтобы удержаться от взаимного мордобития.