– Я тогда отправлю к маме человечка? – на всякий случай переспросил Слон.

– Только не этих дебилов, – отрезал старший. – Кстати, вы что здесь стоите, уши греете? Пошли вон отсюда!

Оба проштрафившихся лиса мгновенно очутились за дверью.

– Нас в общем-то даже не отругали толком! – пискнул Оловянный лис.

– И это меня пугает больше всего, – задумчиво молвил Деревянный лис.

А в кабинете меж тем продолжался разговор.

– Так кого отправишь? – поинтересовался Золотой.

– Стеклянного, наверное, кого же еще? У меня всего три более-менее приличных ученика, все остальные действительно дебилы, одержимые тремя желаниями: пожрать, подраться и позаниматься сексом с кем попало, – задумчиво ответил младший. – Брат, я вот что думаю… Может, зря мы с этим Штанским монахом связались? Пропустили бы их в Иркутск и жили дальше спокойно. Я понимаю, что я сам накосячил, когда Психа не добил, но больно уж меня этот обезьян беспокоит. Может, выпустим всю эту свинско-лосиную команду с монахом во главе?

– Ага, – саркастически хмыкнул глава клана клана. – Сначала маму позовем на торжественное поедание Штанского монаха, а потом всех выгоним. А сами останемся с мамой объясняться.

– Звучит пугающе, – признался Серебряный лис.

– Вот именно, – кивнул Золотой. – Поэтому к этой гениальной идее мы вернемся только тогда, когда Псих приберет к рукам все пять наших артефактов.

И он гулко захохотал.

«А это идея!» – подумал Псих-пчела и вылетел в окно.

Где-то в Заиграевском секторе

Бурятской локации.

51°64' с. ш. 108°16' в. д.

Отправленного за мамой Стеклянного лиса Псих настиг на полпути к поселку Старая Брянь. Сначала он собирался сразу отправить гонца к праотцам, но потом подумал, что торопиться не надо. По-хорошему, надо бы узнать, где мамочка живет, как к ней обращаться и тому подобное. Поэтому обезьян обернулся демоном в лисьей шапке и побежал за гонцом.

– Эй, погоди!!! – прокричал он, едва спина гонца показалась в поле видимости. – Да подожди, говорю.

– Ты кто? – настороженно спросил Стеклянный.

– Я этот… Перовскитный лис. Новый ученик Серебряного.

– Я тебя первый раз вижу, – Стеклянный смотрел нехорошо. Совсем нехорошо.

– Конечно первый раз. Я сегодня первый день. Только сегодня приехал, и меня сразу за тобой послали. Мунгэн Унэгэн сказал, извини только: «Этого разгильдяя надо почаще пинать в задницу. Поэтому сейчас проверим, как ты бегать умеешь. Бежишь по этой дороге, если вдруг догонишь – напомни, чтобы мама, когда поедет кушать Штанского монаха, Золотой шнур не забыла». Уф… А ты быстрый. Я тебя пока догонял, чуть не сдох по дороге.

Посланец заметно расслабился.

– Понятно. Очередная проверочка от учителя. Чтобы и ты, значит, побегал и задолбался, и меня пнуть на всякий случай. Вполне в духе учителя, ты привыкай, он постоянно такое проворачивает.

– Спасибо, – улыбнулся Псих. – Слушай, а пока идем, может, ты того… Расскажешь мне немного – кто тут у вас есть кто? Сам понимаешь, я в ваших раскладах пока что полный ноль. Хотя бы в самом общем виде, чтобы не накосячить, а? А я тебе потом проставлюсь, я же порядок знаю. Ну вот эта вот мама, к которой мы идем – она как вообще?

– Ну и вопросы у тебя… – улыбнулся гонец. – Мама это мама. Тут в двух словах не расскажешь. Слушай, в общем…

п. Старая Брянь,

Заиграевский сектор

Бурятской локации.

51°34' с. ш. 108°06' в. д.

– Ты смотри, как за разговорами быстро дошли, – хмыкнул Стеклянный лис на околице. – Видишь вон то трехэтажное здание, крытое красной черепицей? Вот там мама и живет. Ох, блин, чо-та я очкую туда идти.

– Так не ходи, – немедленно откликнулся Псих. – Я сам схожу, а ты меня здесь подожди.

– В смысле – «здесь»? – насупился гонец.

– В прямом, – пояснил Псих. – Вот здесь, в канаве, полежишь.

Стеклянный лис хотел спросить, в какой еще канаве, но не успел – посох с золотыми кольцами отправил его душу на перерождение. А Псих, приняв облик Стеклянного лиса, зашагал к дому с красной крышей.

На крыльце ему дорогу заступили двое охранниц – именно охранниц, а не охранников.