— Без операции не обойтись пацану? — уточнил Симон, вернувшись к тому, с чего начали.

— Нет, — подтвердила Юля. — Как всегда: нет средств, нет квоты. А у нас банально нет времени! У меня лоб железобетонный, но чиновничью систему не пробить! Сейчас всё, что в наших силах — это поддержать, но ни решить, ни вылечить ребёнка не можем. Я даже ещё не говорила с родителями. Это просто пиздец, блядь, какой-то!

В приступе раздражения, не выдержав, Юля скинула тарелки со стола, будто звон битого фарфора и стекла мог решить проблему. Вернуть здоровье маленькому мальчику. После смотрела, как Симон терпеливо собирал осколки и мыл начисто пол. Закончив, он наконец снова сел напротив Юли.

— Что ругаешься — это хорошо. Что матом — ещё лучше. Только не забывай, что профессия — это твой добровольный выбор. Ты в ответе за пацана, за других мальчишек, девчонок, судьбы их родных. Или ты позволишь себе раскисать, или будешь делать то, что должна. Ты слишком многим заплатила, Юль, чтобы сейчас отступить.

Тихое дежурство, без происшествий, рутинное, усталое, с чередой процедур, назначений, мыслей, всего того, что не заканчивается никогда. Силы истощаются, нужды отделения — нет.

Обход перед сном, попытка уснуть самой, которая не увенчалась успехом. Настенные часы показывали двадцать три пятнадцать.

Юлия мысленно прокручивала диалог с Евгением, сотый, если не тысячный по счёту. Его раздражённое: «Я не волшебник, Юля. Поверь, я делаю, что могу. Больше, чем могу!». Она продолжала настаивать, искать пути решения, пытаться найти ту единственную лазейку, чтобы отвоевать Тошку из лап костлявой. Нажимала на все возможные рычаги воздействия, Евгений стал одной из них — ближайшей, административной.

От мыслей оторвал звонок телефона, Юля быстро глянула на имя звонившего. Евгений.

— Зайди ко мне, срочно, — коротко отдал приказ начмед.

Юлия Владимировна одёрнула халат, бегло посмотрела в зеркало, натянула дежурную улыбку, доброжелательность, подобрала внутренние колючки, вставшие дыбом и отправилась к начальству.

— Скажи мне, как ты это делаешь? — вместо объяснения или приветствия выдал Женя.

— Что именно? — опешила Юля.

— Посмотри… — Евгений жестом показал на экран, пригласив за свой стол.

Юля смотрела на электронную копию гарантийного письма об оплате лечения в далёкую клинику и не верила тому, что видит. Не может быть! Подняв все имеющиеся у неё каналы, она не смогла этого добиться…

— Случайный благотворитель… — пробормотала Юля.

— Точно? — уточнил Евгений, не веря Юле на слово.

— Да… такое бывает, — пробормотала она в ответ. «Бывает»… Скорее Луна и Земля, поменяются местами, чем случится подобное с пациентом в обычной областной больнице. — Огромная сумма, перешли мне, Жень… — мысли наконец-то оформились во что-то внятное.

— Пару капель? — предложил Евгений.

— Нет, спасибо.

— Боишься сорваться? — понимающе кивнул он.

— Да, — коротко ответила Юля — ну, а смысл скрывать от бывшего любовника проблемы с алкоголем?

— Ясно. — Евгений пристально посмотрел на собеседницу. — Ты бы отдохнула, когда всё решишь. Иди в отпуск, на тебя смотреть страшно, если честно.

Юля ещё много раз перечитала письмо, перевод, пытаясь понять, откуда свалилось внезапное счастье. Данные Андреева Антона были в базах многих благотворительных фондах, была достигнута договорённость с некоторыми клиниками, в том числе с той, куда направил гарантийное письмо неизвестный благотворитель, не было лишь денег. Банально. Денег.

Вдруг вспыхнуло воспоминание: «редактор спортивного издательства». Недолго думая, несмотря на поздний час, Юля набрала телефон бывшего мужа.

— Юль, что случилось? — ответил бодрый голос Симона.

— Это ты оплатил операцию Тошке? В письме указано французское издательство.

— Вообще-то издательство, не лично я. У меня таких денег отродясь не было и не будет, — ответил Симон.

— Симон, спасибо, я…

— Вот только не надо меня подозревать в каком-то особенном благородстве, хорошо, Юль? Ей нужен был объект благотворительности, здесь это приносит нехилые бонусы. Я всего лишь ей нашёл этот объект. Остальные юристы, менеджеры, экономисты-финансисты.

— Всё равно, спасибо большое!

— Пожалуйста. Пришли потом фото счастливых лиц, приправим сухие факты эмоциями, тоже полезно для дела. — добавил Симон. — Не говори отцу пацана, ладно? Мы хоть и почти родственники, в некотором роде, но…

— Как скажешь, Симон, как скажешь. Любой каприз за ваши деньги, — счастливо засмеялась Юля.

— Молодец! — довольно ответил Симон.

Юля улыбнулась, посмотрела в окно. Видна небольшая парковая зона вокруг территории больницы. Свежая листва давала надежду, пробивалась назло сквозному ветру, ледяному дождю. Пахла жизнью, планами, снами. Возможно искуплением.