Шрифт:
Затем группа продолжила движение.
Глава тридцать первая
Это было, как в кино. Началось оно в небольшом домике на пляже, куда Керни и Линда последовали за рыжеволосым Биллом, и очень напоминало те апокалипсические ленты, в которых беззаконие и жестокость выходили на первое место, где показывались самые низменные человеческие инстинкты, а победу одерживал наиболее кровожадный.
Керни припарковал свой «Ягуар» возле невысокой пологой дюны, приняв меры к тому, чтобы машина не начала пробуксовывать, если бы вдруг потребовалось срочно ею воспользоваться. Ну, а если кто-то попытается преградить ему путь, то мощный автомобиль Керни просто сметет этого безумца с дороги.
— Слушай меня внимательно, — заговорил Джеф, обращаясь к Линде Эффингем, — никуда от меня не отходи. Если тебе понадобится пойти в туалет, я должен быть рядом с дверью. Если я скажу тебе сделать что-то, делай и не задавай вопросов, потому что у меня может не хватить времени, чтобы на них ответить. Это ясно?
— Похоже, ты сильно обеспокоен, — прошептала Линда с тревогой в голосе.
— Посмотри-ка туда, — произнес Керни, медленно вдыхая воздух.
Линда повернула голову. За две машины от них, на заднем сиденье небольшого автомобиля двое — мужчина и женщина, еще подросток, — определенно занимались любовью, не обращая внимания ни на что вокруг.
Возле бассейна стояли десятка полтора мотоциклов, а рядом с ними двое парней в кожаных куртках без рукавов безуспешно пытались обменяться ударами. Это им не удавалось, ибо оба были пьяны.
Их окружала группа таких же молодых людей в джинсах и коже, которые громкими криками подбадривали дерущихся. Чуть дальше еще несколько человек — мужчин в основном — пили пиво из бутылок, присев под забором. Время от времени оттуда доносились пистолетные выстрелы — это они пытались разбить пустые бутылки, но тоже далеко не всегда попадали в цель.
— Вот что меня беспокоит, — негромко сказал Керни.
В его голосе звучала решимость. Джеффри Керни был неплохо вооружен: за поясом «Кольт», под мышкой — «смит-и-вессон», а в носке, на правой щиколотке — маленький бельгийский пистолет, на всякий случай.
— Вот на таких пьяных идиотов, — с горечью сказал Керни, — и ссылается обычно либеральное правительство в твоей и моей стране, когда хочет лишить нормальных людей возможности защищать себя и свою семью. Придурки. Ладно, идем. И держись поближе ко мне.
Керни запер дверцу, поставил сигнализацию и вновь повернулся к женщине.
— Только не забывай, я ведь сейчас тоже должен выглядеть подонком. Так что не испорть представления.
Он бросил ключи в карман пиджака. Линда обошла машину и приблизилась к нему. Откуда-то долетала громкая неприятная музыка, пахло морем, спиртом и марихуаной.
— И еще одно, — сказал Керни. — Пей только бутылочное пиво. Если предложат что-то в открытой посуде, например — в стакане, откажись под любым предлогом.
— Понятно.
Они двинулись по песку. Бриз усиливался, стрельба со стороны забора доносилась все чаще, а двое пьяных парней все еще старательно тузили друг друга, не нанося, впрочем, противнику особого ущерба.
Рыжеволосый Билл поставил свою машину ближе к дому. Теперь он стоял рядом с ней вместе со своими дружками, с которыми приходил в бар. Все трое курили. Керни тоже достал сигарету и двинулся к ним.
На ходу он щелкнул зажигалкой, затянулся и выпустил в небо густое облако дыма.
— Здоровая у тебя тачка, кореш, — с уважением сказал Билл.
— Да уж, — согласился Керни. — Она у меня с любой машиной справится, если я этого захочу. Настоящий зверь.
Он уже начал уставать от американского акцента.
Джеффри Керни небрежно обнял Линду, привлек ее к себе с самодовольной улыбкой, и они впятером неторопливым шагом двинулись в направлении бассейна.
Снова прогремел пистолетный выстрел.
— Эти идиоты только патроны зря переводят, — презрительно заметил Керни.
— Это Харви, — расхохотался Билл. — Что ж, стрелок из него хреновый, да и мозгов почти нет, но вот не советовал бы тебе встретиться с ним в рукопашной. Там ему равных нет.
«Ну, может, еще проверю», — подумал Керни, но вслух ничего не сказал.
Эта комната на втором этаже старенького дома на окраине города была очень подходящим местом для того, чтобы их здесь поймали, как в мышеловку, но другого выхода не оставалось — надо было сидеть тут и ждать, пока «Патриоты» из городской ячейки соберут какую-нибудь информацию.