— Чертов…

Закончить Маас не успел, Баал подскочил, больно дернул его за лапу, призывая немедленно замолчать, а потом оттеснил себе за спину и вежливо поклонился.

— Простите моего друга, он немного несдержан.

— Как и любой омега, — презрительно фыркнул Пес.

— Откуда вы…

— Вы не задаете главного вопроса. — Лиам отвернулся, заложил руки за спину.

— Чего вы хотите?

— А вот теперь можно и обсудить. — Пес подошел к широкому окну, за которым раскинулся потрясающей красоты королевский сад. — Я верну вашего Предводителя хоть сегодня, но взамен вы приведете в Столицу своих лучших бойцов.

— Когда? — уточнил Баал.

— Когда мне это будет нужно.

— И… сколько вам потребуется?

— Сколько не жалко.

— Я один не могу принять подобное решение… — Баал рассеянно посмотрел на своего спутника. Маас нахмурился и помотал головой, выражая свое отношение к ультимативной просьбе Стального Пса. — Мы обдумаем…

В дверь коротко постучали. Лиам развернулся, присел на подоконник и ответил:

— Да сколько угодно. Лично я никуда не спешу. А теперь будьте добры, у меня еще много дел.

Зурги вышли, разминувшись в дверях с высоким рыжеволосым бойцом. Ганнер пристально посмотрел им вслед, закрыл дверь и плюхнулся в свободное кресло, активировав свою панель.

— Как прошло? — поинтересовался Пес.

— Как и планировалось.

— Его уровня будет достаточно для одиночной битвы?

— Конечно.

Ганнер замялся, на автомате пролистал несколько сообщений, свернул панель. Лиам почувствовал смену настроения.

— Что не так?

— Он… все еще не прошит.

— Мы же кого-то к нему посылали?

— Посылали. Приглашение было передано.

— Какой на удивление нелюбопытный молодой человек… — усмехнулся Пес. — Придется прошивать его перед самым погружением.

— Я что-нибудь придумаю.

— Нет, не подставляйся. Я сам. — Лиам покусал губы. — Ты нужен мне здесь.

— Слушайте, будет слишком подозрительно, если я пропаду сразу же после…

— Я знаю. Но не задерживайся. Погружайся, как только сможешь.

— А ты все это время был не в курсе? — Асвальд принялся энергично растирать полотенцем мокрые волосы. — Ты что же, совершенно не интересовался игровой жизнью сестры?

— Нет… Сама она не рассказывала. И теперь понятно, почему.

Шун поставил на стол две глубокие тарелки, положил рядом по ложке и вилке. Из еды в холодильнике был только овощной суп недельной давности, и они заказали себе в ближайшем кафе по стандартному комплекту ужина на вынос.

Вопреки обещаниям, процесс создания игрового тела занял у Ганнера почти четыре часа, и после того, как Миро отключился от Шуна, тот еще долго чувствовал дурноту и приступы головокружения. Асвальд больше часа держал его у себя в кабинете, а потом сам вызвался составить Шуну компанию до утра.

Удивительно, но федерал очень спокойно отнесся к вопросам о Соне и не стал ничего утаивать. Сказал даже, что в свое время восхищался ее техникой владения мечом и тем, как она умела ловить свое оружие в полете обратным хватом.

— Тут ведь какое дело… — Асвальд расправил полотенце на спинке стула, сел, достал из упаковки жаркое и ловко переложил в свою тарелку. — Потрошители тоже заговаривают свое оружие, чтобы извлекать из жертвы артефакты, но, по сути, оно не является духовным. Его нельзя размножить, нельзя управлять им дистанционно, даже модификации оно особо не поддается. Так что вся работа потрошителя с оружием — это исключительно отточенность навыков, опыт. Это достойно уважения.

Шун сел напротив, распаковал свой ужин и поковырял вилкой. Организм перестал реагировать на еду тошнотой, но и аппетита особого не было.

— Вы так говорите, словно… Но потрошители… они почти преступники. Видели бы вы все те комментарии…

— Но это же не реальная жизнь, — хохотнул Асвальд, жуя кусок мяса. — Так что, о каких преступлениях мы говорим? А подобные комментарии оставляли те, кто когда-то оказался слабее твоей сестры, только и всего.

— Вы сейчас оправдываете потрошителей?

— Ну, как бы… — Федерал довольно хмыкнул. — Я и сам потрошитель. И скажу без ложной скромности — один из сильнейших.

— Вы потрошитель? Но вы же федерал. Хотя… да-да… что-то такое вы говорили в нашу первую встречу…