"У нас мало времени. Давайте по существу".

— И кто же виноват, что у нас мало времени… — пробурчал Роско.

Вечно серьезный Кааль деловито покивал и сложил руки замком на уровне груди — обязательный жест зургов при обращении к вышестоящей особе.

— Ваше величество. Мой сегмент роя подошел к насыщению. Нам не хватает лишь пяти особей. Но я уже знаю, где их искать. Прошу вашего разрешения на проведение ритуала инициации.

— Пять особей? — задумчиво протянула Анна. — Хм… Многовато. А что у вас, Роско? Сколько?

— Мне не хватает двух человек. Но я еще не определился, кто это.

— Успеете до битвы?

— Думаю, да.

Анна перевела взгляд на Стального Пса и осторожно спросила:

— Лиам?

— Моя королева, — бесстрастно ответил тот, — наш сегмент будет готов.

— Ты… уверен?

— Предтеча в Игре. Я знаю, как заманить его.

— Прошлый раз я слышал те же речи… — фыркнул Роско. — И чем все закончилось? Рой разорвало на клочки.

— Господин Кааль, будьте добры, передайте…

— Господин Кааль, заткните пожалуйста уш…

— Да хватит уже! — Анна ударила кулаком по подлокотнику. — Все кроме Лиама, выйдите!

На мгновение в кабинете повисла тишина, потом зург подался вперед, приземлился на все четыре лапы и засеменил в сторону двери. Роско, бурча себе под нос что-то нечленораздельное, пошел вслед за ним. Паук вытянулся вперед всем телом, потом в одно движение взмыл к потолку, словно на шарнирах, и угрожающе навис над Стальным Псом. Сведущие в повадках родоссцев знали, что подобная стойка есть прямая демонстрация агрессии, и Анна тихо охнула, не сумев сдержать испуга. Пес же никак не отреагировал на это, только лениво поднял взгляд и уставился в фасетчатые глаза.

"Лиам. Ваш сегмент самый нестабильный".

— Но самый сильный, — спокойно ответил Пес.

"Этого никто не оспаривает. Однако в подобной силе и ваша слабость. Если ты не сможешь его стабилизировать — он уничтожит нас всех. Помни об этом".

И паук направился к двери. Когда они остались наедине, Анна съежилась на диване, растеряв весь свой королевский лоск. Она несколько секунд выжидающе смотрела на Пса, а потом спросила:

— Ты нашел его?

— Да.

— Это действительно он?

— Да. Я уверен. Таких совпадений не бывает.

— Лиам, я боюсь.

— Я знаю. — Стальной Пес медленно поднялся и подошел к Анне, обошел ее диван, встал за спиной и положил руки на виски королевы. — Не нужно бояться. Наш сегмент больше не пострадает, я тебе обещаю.

Анна закрыла глаза и обмякла. Она была важным членом сегмента, и Лиам всегда внимательно следил за тем, чтобы ее психика не перегружалась.

Настенные часы в кабинете декана давно отсчитали полдень, снаружи прозвенел очередной звонок, но ни секретарь, ни сам декан до сих пор не вернулись. Видимо работа, которую хотели предложить Шуну, не терпела отлагательств, а потому его даже не подумали везти в другое место для дальнейшего собеседования, просто всучили таблетку конфиденциальности, провели в соседнюю комнату и накрыли ее полем анти-прослушки. Из уроков по безопасности Шун знал, что такая таблетка запросто сотрет из его памяти последний год жизни, если вдруг заложенной в ней программе покажется, что носитель нарушил условия. Он даже пару раз принимал такие за время учебы. А вот с полем сталкивался впервые. Ощущения были странными.

— Вы знакомы со строением Даона? Хотя бы немного? — спросил Асвальд, покачиваясь в кресле декана.

Он взял на себя роль основного интервьюера, Миро же пристроился на краешке стола и молча наблюдал за процессом.

— Я знаю, что есть само пространство Даона. И есть сердцевина, Игра, в которой возможно как неполное погружение, так и полное.

— Все верно, — улыбнулся Асвальд. — Чтобы попасть в Даон, достаточно прошивки, которая будет посылать сигнал в парагиппокампальную область мозга. Но полное погружение в Игру требует другого подхода. Человек помещается в специальную капсулу, которая не только обеспечивает более стабильную связь его сознания с игровой реальностью, но и позволяет телу получать питательные вещества, а также выводит продукты метаболизма. Ведь иногда игрок проводит там неделю, месяц, а то и больше.

— Да. Это мне тоже известно, — кивнул Шун. — Верхний порог пребывания в игре — четыре месяца.

— Хорошо. — Асвальд по-мальчишески крутанул кресло вокруг оси. — Тогда вот вам кое-что новенькое.

Он развернул голографический экран на одной из стен кабинета, вывел на него выпуск новостного канала. Затрещали затворы камер, что летали над невысоким помостом. Три человека давали какое-то интервью.

— Знаете того, что посередине?

— Станислав Новак. Президент Даон. комп.