— Ох, ну хорошо.

Шун уселся на землю, достал из пространственного кармана флягу с водой, попил и сполоснул лицо. Предложил непроявленному, но тот отрицательно качнул головой. Шун уже несколько дней думал о природе этого существа, но не пришел ни к какому выводу. Миро определенно не был мертвяком. Но и назвать его полностью живым язык не поворачивался. Он не походил ни на просветленных, от которых за версту разило силой, ни на высших, которые вообще воспринимались как божества. Но он явно многое знал и умел. Его тело не было эфемерным, прикосновения оказались теплыми и весомыми. Но в нем… будто чего-то недоставало. Он не ел и не спал, совершенно не уставал, словно был куклой, пустышкой, которой управлял кто-то извне. Впрочем, где находится это самое "извне", Шун тоже не мог сказать.

— Так, а это… — внезапно забеспокоился Шун. — Этих мертвяков тут вообще много?

— Кладбище не самое большое, — ответил Миро, присев рядом с ним на корточки. — Особей пятьсот, я думаю.

— Ого! А вы уверены вообще, что я смогу их одолеть?

— Вот и посмотрим.

— В смы… эй, вы шутите, надеюсь? — Шун перестал расправлять одеяло, на котором собирался поспать. — Что значит посмотрим?

— Спи уже. Ничего с тобой плохого не случится. Я обещаю.

Шун несколько секунд недоверчиво смотрел на спутника, потом растянулся поверх одеяла. Утро выдалось насыщенным, и ему долго не удавалось заснуть, мозг просто отказывался отключаться, переваривая новую информацию. Но ближе к вечеру Шун все же провалился в легкую дрему, лишенную сновидений. Сознание его заскользило по самому краю реальности, рисуя то, чего на самом деле нет. И в какой-то момент Шуну даже показалось, что он смотрит на Миро, словно через сощуренные веки, а тот сидит рядом, и из тела его простираются в сторону Сателлита длинные прозрачные щупальца…

— Ох… — выдал Шун, не понимая до конца, на самом ли деле он вздыхает или все это ему тоже чудится.

Он попытался пошевелиться, однако тело отказывалось слушаться. Сонный паралич сковал его накрепко, так, что даже дышалось с трудом. Шун дернулся изо всех сил, забился, срываясь в панику, но тут на его плечо опустилась чужая теплая ладонь. Это моментально вернуло его в реальность и позволило сделать глубокий шумный вдох.

— Оох. — Шун протер лицо рукавом, пот на этот раз был холодным, паническим и, кажется, даже лип к ткани, словно слизь. — Хууу… какое же премерзкое состояние.

— Ты в этом мире совсем недавно, неудивительно, что твое сознание никак не может наладить стабильную связь с игровым телом. Так что это нормально.

— Что? Что еще за игровое тело? Что значит недавно?

— Забудь. — Миро поднялся, материализовал бутерброд и протянул Шуну. — Вот. Поешь. Скоро полезут мертвяки. На твои вопросы я отвечу позже.

Шун откусил большой кусок и принялся его жевать, однако тут же нервно дернулся и подскочил с земли.

— Что еще? — закатил глаза Миро.

— Звук. Вы не слышите? Стрекотание.

— И что?

— Говорят, такое стрекотание предупреждает о потрошителях.

— О потрошителе тебя может предупредить лишь одна вещь — твои кишки, весело разлетающиеся в разные стороны. Больше он ничем свое приближение не выдаст, уж поверь мне, — хмыкнул Миро. — К тому же я сомневаюсь, что потрошитель будет тратить на тебя свои силы. Что с тебя взять кроме одеяла? Перестань дергаться и поешь нормально. Я же дал слово, что ничего плохого с тобой не случится. А ты обещал довериться мне.

Шун глубоко вдохнул-выдохнул, через силу проглотил кусок и принялся собирать вещи.

— Стрекотание в мертвых землях — явление нормальное, — продолжил Миро, сев поодаль и пошарив рукой по земле. — Это… хм… как потоки воздуха с разной температурой. Только звук получается от соприкосновения слоев с разными видами магии. Ты тут — элемент посторонний, в тебе хоть и мало магии, но она на порядок выше, чем здешняя, некротическая. Под вечер нежить просыпается, некро-волны густеют, вот и получается звук. И чем больше ты, посторонний элемент, настроен на уничтожение — тем четче звук.

Миро поднялся на ноги, отошел к покосившимся пикам и принялся кидать в них камешки. От каждого попадания пики издавали громкий звон, который затухал невероятно долго, посылая в окружающее пространство физически ощутимую вибрацию.

— Если кто-то слышал такой звук в мире людей, а потом из этого несчастного посыпались артефакты, это может значить лишь одно — на него напал кто-то с более высоким уровнем.

— Высший? — спросил Шун, дожевывая бутерброд.

— Высший. Или паук. Потрошители же, как и просветленные, почти не отличаются от тебя по маго-энергетике. В смысле, количественно — да, но не качественно.

Шуну показалось на мгновение, что несколько пиков задрожали, словно их вибрация усилилась в разы.

— Я с рождения жил в Столице, но ни разу не слышал там стрекотания, хотя высших встречал практически каждый день, — сказал он, вытаскивая меч.

— Видимо, у них не было намерения убивать тебя, — хохотнул Миро, собирая с земли очередную партию камней. — К тому же, уровень маго-энергии в Столице совершенно другой, за счет тех же высших. Ты не замечал этого, потому что ни разу не выбирался за ее пределы. Но поверь, ты обязательно почувствуешь разницу, когда вернешься.