Телла не хотела ни в чем подозревать сестру, но одного взгляда на ее наряд было достаточно, чтобы задаться вопросом, уж не участвует ли и она в игре? Возможно, Скарлетт согласилась исключительно ради того, чтобы отплатить Телле за обман.

Телла поджала губы. И тут заметила, как по щеке Скарлетт скатилась слеза. Следом еще одна. В отличие от Теллы, ее сестра не умела притворяться плачущей, иначе не преминула бы сделать это раньше.

А слезы все текли, оставляя полосы на щеках Скарлетт.

Нет, она не притворяется. Это у самой Теллы чрезмерно воображение разыгралось. Как Скарлетт и предупреждала, Телла лишилась способности различать, что реально, а что просто является частью игры.

Злясь на себя саму и на Караваль за то, что усомнилась в Скарлетт, Телла оглядела округлую комнату, пытаясь придумать, что бы такого сочувственного сказать сестре, которая выглядела по-настоящему несчастной, но не смогла придумать ничего умнее вопроса:

– Правда, что Хулиан и Легендо – братья?

Скарлетт откинулась на кровать, растеклась по ней лужицей красного шелка.

– Хулиан поведал мне об этом в конце прошлого Караваля, но теперь я склоняюсь к мысли, что он готов сказать что угодно, чтобы удержать меня.

– По крайней мере, ты точно знаешь, что небезразлична ему.

– Так ли это на самом деле? – Скарлетт снова разрыдалась. – Когда любишь кого-то, разве не нужно быть честным, даже если это означает, что можешь потерять этого человека?

– Едва ли все так просто. Возьмем, к примеру, меня. Я люблю тебя больше всех на свете, но при этом не раз обманывала, – весело отозвалась Телла, надеясь заставить сестру улыбнуться.

Хмурый взгляд Скарлетт дрогнул, как будто она хотела рассмеяться, но не смогла вспомнить, как это делается.

– Никак не пойму, то ли ты действительно считаешь, что мне следует его простить, то ли просто пытаешься подбодрить.

– Конечно, я пытаюсь тебя подбодрить! Ну а что касается прощения Хулиана, это зависит от того, в самом ли деле Легендо его брат.

Телла сказала это полушутя, но в то же время была серьезна, и на мгновение возненавидела себя за попытку воспользоваться своей сестрой. Но если ей не удастся выиграть игру и найти Легендо, если она снова умрет, Скарлетт будет безутешна. Случись что-нибудь с самой Скарлетт, Телла расколотила бы мир вдребезги, а Скарлетт в аналогичной ситуации потонула бы в пучине горя.

– Я уже спрашивала Хулиана, но он не сказал, кто скрывается за личиной Легендо. – Скарлетт прислонилась к столбику кровати. – По его словам выходит, что для него физически невозможно выдать этот секрет, однако ему было нетрудно сообщить мне, что Легендо его брат. – Она принялась яростно тереть заплаканные глаза тыльной стороной ладоней. – Потому-то я и задумалась, а не было ли все ложью. Я все больше склоняюсь к мысли, что сам Хулиан и есть Легендо, но, не желая выдавать своего секрета, заявил, что приходится великому магистру братом. – Скарлетт шмыгнула носом в подушку, все больше расстраиваясь.

Пока Телла обдумывала сказанное, подол платья Скарлетт стал укорачиваться и истончаться и, наконец, превратился в ночную рубашку бледно-розового цвета. Вот так чудо из чудес! Во время прошлого Караваля Телла слегка завидовала, что у сестры есть платье, которое ведет себя так, будто у него имеются собственные мысли и чувства, меняя ткань, покрой и цвет по собственному капризу. Магия этого наряда была исключительной даже по стандартам Караваля, и Легендо преподнес его Скарлетт. Телла слышала, как актеры шептались об этом во время прошлой игры, удивляясь, почему магистр сделал ей такой необычный подарок. Это имело смысл только в том случае, если Хулиан на самом деле Легендо, как только что предположила Скарлетт.

Телла села на кровать рядом с сестрой.

– Ты действительно веришь, что Хулиан может быть магистром Караваля?

– Не знаю, – пробормотала Скарлетт. – Мне кажется, что Легендо обладает властью над своими исполнителями; я не думаю, что он контролирует каждое их действие, но складывается впечатление, что он способен помешать им раскрыть определенные секреты. Так что, если бы Хулиан действительно был Легендо, сильно сомневаюсь, что он позволил бы Армандо рассказать мне правду о роли, которую сыграл в последнем Каравале.

– Как же я ненавижу Армандо! – воскликнула Телла.

– Он всего лишь выполнял свою работу. Однако мне он тоже не по душе.

Скарлетт ударила кулаком по подушке, в которую зарылась лицом, чтобы приглушить всхлипы. Похоже, к ней постепенно возвращается боевой дух.

– Как, по-твоему, может он быть Легендо? – спросила Телла.

– По-моему, им может оказаться любой. – Скарлетт утерла последние слезы и решительно посмотрела на Теллу. – Полагаю, единственный способ узнать наверняка, кто скрывается за личиной великого магистра, это продолжить использовать Хулиана для победы в игре.