— Ооо, не стоит, зачем? Я могу покалечить Лесовского. Потому и взял столько народа, — послышался голос очкарика.

— Не бойся! — выкрикнул я. — Подпишу договор, что не имею претензий. Я оскорбил тебя в тюряге, не так ли? Можешь наказать меня здесь и сейчас.

Конечно, бить толпу всегда круто. Но очкарик настолько бесил, что хотелось выйти с ним один на один и надрать жопу, как надо. Чтоб навсегда выбить из козла спесь.

— Точно! Все так и есть! Джонни, врежь этому эрию.

— Ага, давай, дай ему!

— Джонни, Джонни…

Я обернулся и увидел, что толпа толкнула Проктора вперед. Он поморщился, рассматривая меня. Но отказаться от боя не мог.

Я чуть не заплакал от радости, как мелкий ребенок. Вот это подарок в честь освобождения с губы! Даже сердце сильнее забилось. Хотелось расцеловать Джонни Проктора, перед тем как хорошо отмудохать.

— Иди сюда, мой дружок. Сейчас мы слегка поболтаем, — процедил, расплываясь в улыбке.

— Нет! — крикнул очкарик, резко меняясь в лице. — То есть, я не хочу тебя покалечить. Потому считаю, что не стоит драться с помощью магии.

— Хех, так и быть… Я согласен, — с этими словами закатал рукава.

Даже с телом Марка можно надрать задницу упырю. Конечно, он малость повыше. Но в плане мышечной массы и боевых навыков вряд ли меня превосходит.

— Ага, тогда давай… Отойдем. Понял, ты! — сбивчиво протараторил Джонни.

— Зачем это вам отходить? — усмехнулся кто-то в толпе.

— Я боюсь, что нам помешают. Вот… Надо чтоб честно. Один на один.

Такие слова были странными. Только я особо не парился. Что бы там не задумал упырь, у него нихрена не получится. Мои навыки возросли после тюряги. Пусть попробует провернуть тупой фокус, сразу лишится башки.

— О, тогда ладно!

— Иди и врежь ему, Джонни!

— Давай, давай! — заорала толпа.

Проктор пошел вперед, вздернув нос. Пацан был настроен решительно. Я вырвался из толпы местных гопников и отправился следом.

Вскоре мы оказались возле окна, далеко от сторонников Джонни. Тогда Поттер резко остановился. Он повернулся ко мне, и без предупреждения сделал выпад, пытаясь ударить по носу.

Конечно же, я уклонился. Тогда очкарик крикнул, махнув ногой. Это тоже не дало результата.

Наконец-то я поднял кулак, готовясь врезать противника как положено. Но тот громко ахнул, воскликнув:

— Стой, погоди! Марк, ты все не так понял…

Я знал, что утырок выкинет номер, но все же решил поиграть.

— И как же мне тебя понимать? — спросил, наивно опустив кулаки.

— Очень просто. Ты эрий, ведь так? К вам относятся плохо. Это все администрация академии. Я могу помочь, понимаешь? Могу пару словечек замолвить.

Хех, значит вот оно что. Джонни не сказал напрямую, но было видно, что он меня подкупает. Мол, поддайся сейчас, а потом получишь сочные плюшки. Что ж, почему бы и нет?

— Марк, давай сделаем вид, что ты как бы мне проиграл. Не хочу тебя, правда, здесь бить, — помолчав, добавил очкарик.

Я послушно кивнул, сказав, что согласен. Тогда Джонни улыбнулся и врезал меня кулаком в подбородок. Не сильно, но весьма ощутимо.

— Вот, получай, тупой неуч! Будешь знать, как строить из себя крутого! — театрально закричал Проктор. Толпа ответила радостным улюлюканьем.

— Э, полегче, — бросил в ответ.

— Терпи, Марк, так надо!

Джонни пнул меня ногой и снова сказал что-то пафосное. Дальше он схватил меня за одежду и… получил мощный удар в солнечное сплетение.

— Агрхх, ах, ты чего? — испуганно процедил паренек, задыхаясь.

— Ты что, правда, поверил, что я поддамся? Прости, очкатая крыса, но предателям не доверяют!

С этими словами долбанул Проктора коленом в живот. При этом схватил его так, чтоб он точно не вырвался. Следом врезал в глаз и толкнул, так что парень потерял очки, сев на жопу.

— Эй, ты не можешь так просто! Это насилие, понимаешь…

— Трындюля в целебных целях полезны, — криво улыбнулся, наступая на чертова мудака.

Тот скорчил плаксивую рожу и пополз назад, как каракатица.