Едкий дым флавиновой свечи скользнул в ноздри, резанул по глазам, забил рот. Капитан упал прямо на порог и опорожнил желудок. Потом еще раз и еще. До болезненных спазмов, до дрожи во всем теле. До постыдных истерических визгов. Он плакал и блевал, а в голове полыхали костры, и гремел ужасный молот, отзвуки которого, казалось, разносятся по подземелью циклопического размера. И кто-то говорил с ним. Говорил, не умолкая ни на секунду. Кричал, угрожал, умолял, упрашивал. А потом будто стал главным. Над телом и разумом…

Рейнар обнаружил себя лежащим на полу в луже блевотины. Голова гудела, тело ломило, но капитан все же поднялся на трясущиеся ноги. Еще раз окинул безумным взглядом комнату Малтиса. Пустая. Пустая! Щенок удрал и оставил на полу только флавиновую свечку.

«Как?! Как ему удалось? Хитрый… Нельзя недооценивать демонолога, пусть даже молодого, даже неопытного… Переиграл… Или это вы безмозглые идиоты… То есть мы…», — в голове Рейнора метались спутанные мысли. Чужие мысли!

Капитан, еле переставляя ноги, покинул комнату, проверил все остальные и только после этого заковылял вниз по лестнице. У стойки окинул кровожадным взглядом притихшего трактирщика, сдернул засаленный передник с горничной и вытер им с губ засыхающую блевотину. Бросил грязную тряпку обратно девушке. Горничная, извиваясь всем телом, потянулась к Рейнору. Мужчина лишь захохотал пугающим голосом. Повернулся к Берни и сказал:

— Мастер Малтис, оказывается, покинул ваше заведение. В комнате его нет. Поэтому, как только он появится, передай ему, что я буду ждать в переулке Нэбри, на окраине старого квартала. Пусть явится туда сразу после захода солнца.

Не дожидаясь ответа, Рейнор вышел вон из трактира. Махнул своим воинам и направился вниз по улице.

***

Тихо скрипнула дверь.

— Ты где весь день пропадал? — раздался встревоженный голос. — Давай, заходи, заходи! Чего на пороге мнешься?

Малтис резко обернулся. Энни стояла на пороге, уперев руки в боки. На голове пожелтевшая от времени и пота косынка. Из-под нее торчит выбившаяся седая кудряшка. Поверх простого домашнего платья накинут замызганный фартук, сшитый из разноцветных лоскутков.

— Я… — Малтис еще не успел перевести дух. Демонолог бежал от самой таверны до дома, ни разу не останавливаясь. — Дел много… навалилось… пришлось… немного задержаться.

— Так заходи тогда! Чего стоишь? — прикрикнула хозяйка дома и тут же по-матерински добро улыбнулась. — Давай-давай, сейчас обед разогрею, печка-то еще горячая!

Малтис улыбнулся в ответ и, все еще тяжело дыша, поплелся вслед за женщиной. Та прошла сразу на кухню и принялась греметь горшками, крышками, глиняными плошками. Через пару минут из печи ароматно потянуло похлебкой, тушеными овощами с мясом, картошкой и кашей. Еще через какое-то время на столе исходила паром небогатая, но вкусная снедь. Малтис принялся за еду, но ел без особого аппетита. То ли сказывалась усталость, то ли навалившиеся проблемы.

— Спасибо, Энни, все очень вкусно, — наконец покончив с пищей, сказал демонолог.

— И как тебя только ноги еще носят. Ешь, что соседские цыплята. Вон бледнющий какой! Ну, ничего, скоро муж с мастерской придет — ужинать будем!

— Извини, но я не останусь на ужин, — тихо сказал Малтис и попытался ободряюще улыбнуться.

— Как?! Опять куда-то побежишь? — всплеснула руками женщина.

— Нет… — демонолог не знал, как начать. — Я… я выселяюсь.

— Малтис, я ведь…

— Подожди. Не перебивай, Энни, я все сейчас объясню. В общем… меня снова отправляют на юг. Мне поручили много… важных заданий, и я не знаю когда вернусь. Честно, Энни, работы очень много. Не знаю даже, на сколько все это затянется, — Малтис не хотел расстраивать эту добрую женщину, поэтому не стал говорить о том, что случилось сегодня. По сути, он даже не врал, просто сказал не все. Да ей и не нужно этого знать.

— Ох, мальчик! — Энни с тоской взглянула на демонолога. — Ты же еще просто мальчишка.

— Извини… — с грустью в голосе сказал Малтис.

— Тебе не за что извинятся. Во всяком случае, не передо мной!

Демонолог кивнул. Поковырял деревянной ложкой остывшую, недоеденную кашу. Посидел молча, достал из кармана монеты, отсчитал нужное количество и положил на стол.

— Что это? — с недоумением спросила Энни.

— Оплата за последний месяц.

— Перестань! Не надо. Тебе они теперь будут нужнее, а мы уж тут как-нибудь…

— Нет, ты их заберешь, — жестко сказал Малтис. Энни даже опешила от такого напора.

— Хорошо, — наконец сказала женщина. — Я их заберу, но комнату пока сдавать не буду. Подержу под тебя.

Малтис лишь пожал плечами. Встал из-за стола и сказал:

— Что ж, мне пора собираться.

— Ну, тогда пошли, провожу хоть тебя!

Они вдвоем отправились в комнату Малтиса. Там демонолог первым делом принялся укладывать в сумку всю необходимую одежду. Когда с этим было покончено, парень нагнулся к кровати и достал из-под нее довольно увесистый сверток. Следом вытянул широколезвийную саблю и плеть, полагающуюся каждому мастеру демонологии. Приладил оба оружия на поясе. Распаковал сверток и высыпал содержимое прямо на пол. Кошель с небольшим запасом серебряных уни, бронзовый подсвечник искусной работы, пучок флавиновых свеч, россыпь корешков. Одни для концентрации внимания, другие для утоления боли, третьи от инфекций. Энни с интересом смотрела на все эти вещи. Малтис ловко распихал припасы по небольшим отсекам сумки, взглянул на хозяйку.

— Ну, вроде готов! — сказал демонолог. — Теперь с тобой… Я хочу кое-что тебе подарить.

— Не стоит… — попыталась возразить Энни.

— Нет, стоит, — Малтис отсчитал пару десятков свечей, вручил хозяйке подсвечник и самодельный медальон, который забрал из своей каморки в Красной Академии. — Смотри, эти свечи будешь зажигать раз в десять дней, и тогда никакая демоническая сущность не сунется в твой дом. Подсвечник. Для этих же свечек. На него я наложил эфирную энергию. Она будет усиливать действие флавина. И медальон. Держи. Носи его всегда на шее. Если он вдруг обожжет твою кожу, то значит где-то рядом демон или одержимый. В таком случае немедленно уходи подальше из такого места. Так… Вроде все…