На этой ноте мужчина окончательно ушёл, оставив свою мать наедине с коленопреклонённым демориатом.

— Я всё равно прошу тебя остаться, — Словно ничего не случилось, императрица повернулась к приёмному сыну.

— После всего услышанного? — невесело усмехнулся Вик, безуспешно пытаясь подняться. — Он убьёт меня.

Без лишних слов женщина подала ему руку и помогла встать.

— Нет, — сказала следом. — Он не будет проливать родную кровь.

Выпрямившись, Виктиандр холодно посмотрел на гостью.

— Вы так уверены в этом, императрица?.. — Он высвободился из её слабого захвата. — Я ведь никто. И это мой добровольный выбор.

— Тебя заставили!.. — отшатнувшись, с болью воскликнула демориасса.

— Не стоит приукрашивать реальность.

После такого ответа плечи гостьи опустились, её глаза наполнились влагой, ресницы задрожали. Она подняла лицо к потолку, едва сдерживая слёзы.

Мужчина напрягся:

— Прошу вас, императрица, не надо…

Женщина моргнула, одинокая капля скатилась по её щеке. Подставив ладонь, Вик чудом успел поймать солёную слезинку.

— Мама… — горестно протянул он. — Ничего уже не изменить, давай не будем мучить друг друга…

Всхлипнув, императрица вцепилась в руку пасынка, прижала её к своему лицу и беззвучно зарыдала. В ответ бескрылый демориат привлёк приёмную мать к себе, не столько давая ей возможность выплакаться, сколько используя её в качестве поддержки.

— Последнее время мы очень мало общались… — сквозь слёзы пробормотала демориасса. — Ты вечно в делах… А я так хотела поговорить.

— Дай мне время разобраться с Лео, — мягко попросил Виктиандр. — Обещаю, когда я вернусь, мы…

Договорить бывший советник не успел.

— Поздно, — прервала его гостья. — Император сообщил, что ремонт кораблей практически закончен. Мы скоро улетим.

— Вот как… — без особой радости протянул Вик. — Это же хорошо.

Женщина отстранилась, продолжая держать сына за руки:

— Я останусь!

— Нет! — покачнувшись, вскричал мужчина.

И императрица тотчас села на кровать, увлекая его за собой.

— Я не хочу лететь неизвестно куда с сыном, который так изменился. Я хочу умереть рядом с тобой, — она посмотрела в глаза Вику. — Ты ведь не оставишь меня одну? В императоре я уже не уверена…

На последней фразе демориат возмущённо сузил глаза.

— Тебе ещё рано думать о смерти! — отрезал он. — После вашего отлёта мы останемся практически беззащитны. Сколько нас, бескрылых, изгоев и изгнанников, останется на материке? Хорошо, если пара сотен! Ладно, допустим, мы сумеем вернуть тех, кто работает под прикрытием… Но зачем тебе оставаться с нами, голодать и нищенствовать?

— А почему нет? — парировала женщина. — Ты ведь знаешь, что я вышла из простого бедного рода. Когда покойный император меня приметил, я пришла устраиваться на кухню, готовая работать даже поломойкой…

— Знаю, мама, я всё знаю… — успокоившись, Вик обнял императрицу, прижав её голову в своей груди. — И что отец твой от голода умер, и что вещи вы все продали, а дерево забрали за долги…

— Значит, ты знаешь, что мне привычны лишения, — резюмировала женщина, высвободившись из объятий приёмного сына. — Поэтому я останусь на Земле.

— Не надо, пожалуйста…

— Ты к моим просьбам не прислушиваешься, почему я должна поступать иначе?

— Мама, я не могу так!

— А я?

— Подумай хорошенько… — жалобно попросил Вик.

— Ладно, — вдруг покладисто согласилась гостья, сворачивая этот бессмысленный разговор. — Левушист! Я слышу, как ты маешься на пороге. Заходи.

И Лев тут же открыл дверь ногой, держа в руках полную тарелку куриного супа с вермишелью:

— Простите, императрица, я не хотел подслушивать…

— Ничего, всё в порядке, — махнула рукой женщина. — У меня для тебя есть серьёзное задание. Проследи, чтобы Виктиандр ушёл отсюда лишь после полного восстановления! Откармливай его, не спеши. И не верь чужим словам, доверяй только своим глазам и чувствам. Надо будет — устроишь ему проверку физического состояния. Я оставляю тебя ответственным за его жизнь и здоровье. Для меня.

Вик собирался что-то возразить, однако императрица не позволила ему вставить ни слова.

— О последствиях не думайте. Императора я беру на себя, но сама приходить к вам больше не рискну.

— Я выполню вашу просьбу, императрица, — склонил голову Лев, чуть не расплескав скудную пищу.

— Спасибо.

И гостья уверенно направилась к выходу, даже не попрощавшись с приёмным сыном. Лишь поравнявшись с дворником, она еле слышно сказала:

— Всегда держи телефон при себе. Если что — набирай. В любое время суток.