— Hasulesh! — дверь с лязгом захлопнулась. Гедимин переглянулся с Хольгером и пожал плечами. «Ничего не понимаю. Как обычно,» — думал он. «Хотя… есть идея насчёт излучателей. Надо её проверить.»

…Хольгер не спешил — подолгу разглядывал каждую из выведенных на экран схем, читал прикреплённые к ним данные анализатора и задумчиво кивал. Гедимин терпеливо ждал. Отбой прогудел десять минут назад; ремонтник всё равно собирался остаться в лаборатории и был бы рад, если бы химик составил ему компанию.

— А ведь почти получилось, — сказал наконец Хольгер. — Проколы встали практически вплотную. И на той стороне, похоже, тоже.

— Уверен? Мало ли планет со схожим составом…

— Металлический водород, конечно, штука распространённая. А вот этот астероид с примесью платины — явно один на все три прокола, — Хольгер указал на одну из схем. — И вот эта фосфорная атмосфера… Я уверен, Гедимин. Не на все сто процентов, но на девяносто девять.

— Осталось соединить проколы, — сармат с тяжёлым вздохом облокотился на стол. — Что им мешает-то?! Знать бы, что именно я пытаюсь проковырять…

— Боюсь, этого мы так и не узнаем, — покачал головой Хольгер. — Анализатор не реагирует на саму прослойку… или что там между проколами. Свёрнутое пространство?.. Ну, ты уже поставил их вплотную. Что ты для этого сделал? Может, если копать в том же направлении…

Гедимин тяжело вздохнул. «Связаться бы с Конаром. Без него тяжело. Сарматы тут не помогут…»

— Тут дело в соотношении интенсивности разных пучков, — медленно, попутно отмахиваясь от не относящихся к делу мыслей, проговорил он. — Всё стягивается к самому интенсивному. Если он суммирует все, проколы становятся вплотную. Но как их склеить…

— Ты не думал задействовать сигму? — Хольгер чуть наклонил голову, чтобы перехватить его взгляд. Гедимин мигнул.

— Далась тебе эта сигма! Она не может отвечать за всё сразу.

— Мне кажется, атомщик, что она как раз может, — почти шёпотом сказал химик. — Просто мы не знаем, как к ней подойти. Ты разделяешь излучение, верно? Посылаешь пучки из чистого омикрона. Убери разделители, направь в точку все кванты, какие там есть.

— Можно и так, — отозвался Гедимин. — Иди к платформе, не то опоздаешь.

— Завтра вечером я загляну, — пообещал Хольгер. — Хотел бы я работать с излучением! Но пока не получается — много дел в лаборатории сплавов.

— А со сплавами что? — Гедимин вспомнил вдруг, что за весь день не спросил о делах Хольгера, и ему стало неловко.

— Не отвлекайся, атомщик, — усмехнулся сармат. — Всё равно тебе не до этого. Расскажу, когда доделаем.

18 января 38 года. Луна, кратер Кеджори, научно-испытательная база «Койольшауки»

Шесть зелёных лучей, сходящихся в одной точке, погасли одновременно, погрузив коридор в полную темноту. Сквозь затемнённый щиток шлема она виделась абсолютно чёрной. Единственным источником света осталась белая точка, где недавно сходились лучи, — она мерцала ещё полсекунды после их отключения, и её свет казался Гедимину нестерпимо ярким. Он сощурился до боли в глазах, пытаясь разглядеть, одна там точка или всё-таки три, но она погасла раньше, чем он успел что-то понять.

Сармат прикрыл слезящиеся глаза и сел рядом с излучателем. От зрения в тёмном коридоре не было никакого проку. Надо было бы зажечь фонарь и продолжить опыты — или завершить их окончательно и вынуть из стены анализатор — но Гедимин несколько минут сидел, не шевелясь, и ждал, когда жжение в глазах прекратится. «Зря я так приглядывался,» — запоздало понял он. «Слишком мелкие объекты. Вся надежда на сигма-сканер.»

Через четверть часа он выбрался-таки в «чистый» отсек, на этот раз прервав работу раньше, чем обычно, и, увидев чей-то силуэт у свободного телекомпа, даже не стал приглядываться.

— Ещё ничего нет, — буркнул он, положив руку сидящему на плечо и легонько надавив — так он обычно просил уступить ему место. — Я только закончил. Подожди, пока сброшу.

— Да тут и так было на что посмотреть, — отозвался сармат за телекомпом, и Гедимин вздрогнул и отдёрнул руку. Это был Исгельт; его охранники в «Фенрирах» молча наблюдали за ним от двери.

— Садись, — бывший адмирал поднялся из-за стола и едва заметным жестом приказал охране опустить оружие. — Давно хотел посмотреть, как идёт работа. Тебе хватает материалов — или что-то нужно?

— Хватает, — коротко ответил Гедимин, подключаясь к телекомпу. Появление Исгельта удивило его, но сейчас его больше занимало количество светящихся точек в темноте коридора — и надо было срочно пересчитать их.

Первая схема, сформированная «мозгом» передатчика, развернулась на экране, и Гедимин с присвистом выдохнул — и услышал, как над его головой так же выдыхает Исгельт.