— Я не против, — отозвался Исгельт, разглядывая груз на плече ремонтника. — Гедимин, ты прочитал сообщение в лаборатории? На твой передатчик было не выйти, но предупреждение мы оставили… Да, вижу, что не прочитал.

— Что? — Гедимин мигнул.

Исгельт указал на аккуратные свёртки в «клешнях» «Фенрира», караулящего на пустом пирсе. С полигона возвращался одинокий глайдер, и экзоскелетчик сигналил ему, приказывая остановиться и забрать новых испытателей.

— Ты работал со стационарными прожигателями. Они неплохи, но громоздки, — он кивнул на пучок излучателей на плече Гедимина. — Мы с Хольгером доработали твою установку. Это мобильный прожигатель. Что-то вроде резака-по-пространству.

Гедимин мигнул ещё раз. «Мобильный прожигатель? Точно же… почему я сам не додумался?!» — ему было очень досадно.

— Так эта штука вам больше не нужна? — он повёл плечом, стараясь не слишком сильно встряхивать излучатели. Хольгер кивнул. Он смотрел в сторону и выглядел очень смущённым.

— Я вообще думал, что тебя перевели на другой участок, — сказал Исгельт. — Но Ассархаддон сейчас весь в делах… Наверное, забыл. Можешь возвращаться в жилой блок и отдыхать. Давно хотел, верно?

Гедимин кивнул.

— Покажешь потом, как работает, — буркнул он Хольгеру и нехотя развернулся к закрытому шлюзу. «Подумаю над реактором,» — пытался он найти себе осмысленное занятие. «Или зайду в цех синтеза, проверю оборудование. Жаль, склады сейчас пустуют…»

— Ты с нами не полетишь? — растерянно спросил Хольгер. — Сразу бы посмотрел, как работает. Может быть, нужно что-то переделать…

Гедимин остановился. Исгельт уже стоял у глайдера и ждал сарматов, излучатель занесли внутрь корабля. Хольгер поднял вверх прихваченные запасные баллоны и кивнул на транспорт.

— Проку там от меня… — пробормотал сармат, забираясь в люк. «У них была неделя, и у них уже всё готово. Может, даже запущено в производство,» — угрюмо думал он. «Почему им с самого начала было не работать вдвоём?!»

…Прожигающая установка оказалась мощнее, чем думал Гедимин, — на неё ушло двести граммов ирренция. В этой модели мощность нарастили за счёт источника излучения — усиливающих линз было всего четыре, и из-за этого сопло излучателя получилось коротким, резко сужающимся. Сивертсеново поле было свёрнуто внутри конусом, направляющим все кванты в батарею линз, — интенсивности итогового луча было достаточно, чтобы кусок железа, попавший под него, в считанные секунды рассыпался пылью. Пока Исгельт и Хольгер собирали установку и направляли пробный луч, Гедимина так и тянуло подставить под него руку, но он лишь досадливо щурился и думал, что его мозг пострадал от перегрузки во время работы над «Прожигом» — больше ничем такие приступы идиотизма он объяснить не мог.

— Видишь? Излучатель практически не отличается от твоего, — обратился к нему Хольгер. — Все различия в станине.

Гедимин без интереса посмотрел на неё — ничего сложного там не было, разве что требовалось поддерживать высокую скорость движения излучателя и при этом не перегреваться от трения.

— Какие пульсации вы задаёте? — спросил он.

— Ты сам открыл их свойства, — отозвался Хольгер. — Всё то же самое, Гедимин. Мы нарастили интенсивность и… выяснилось, что четырёх линз достаточно. Они толще твоих, и я поднял процент естественного обсидиана. Всё-таки он чем-то отличается от искусственных аналогов.

Его глаза на секунду затуманились — отогнать мысли о так и не разгаданной загадке было нелегко. Гедимин понимающе кивнул.

— И ещё одна пульсация. Очень простая, на два такта, — дополнил слова химика Исгельт. — Для неразрывности разреза. Ну что, все готовы?

Гедимин посмотрел на установку, прикинул, где именно произойдёт прожиг, и отошёл на пару шагов. Атмосферы на Луне по-прежнему не было, нейтронностойкий фрил надёжно защищал от радиационной вспышки, — вполне можно было бы остаться на месте…

— Поле! — рявкнул на него Исгельт и прикоснулся пальцем к виску. — И пластины. Где они? У тебя что, шлем сломался?

Гедимин нехотя поднял руку к лицевому щитку. Пластины легли на место — четыре на виски, одна, затемнённая, на глаза. Сарматы отошли ещё дальше, и между ними и установкой поднялся вертикальный полупрозрачный экран. Несколько секунд спустя он зарябил под расходящимися потоками сигма-излучения.

— Heta! — снова рявкнул Исгельт, ударив Гедимина по запястью, и тот изумлённо мигнул.

— Что?

— Ты тянулся к вискам, — сармат хмуро смотрел на него. — Ты сам это отслеживаешь? Хольгер рассказывал, что ты очень неосторожен с сигмой. По-моему, он сильно преуменьшил.

Гедимин мигнул, посмотрел на свою руку. Он сам не помнил, как она поднялась, — ей полагалось расслабленно свисать вдоль тела, а не тянуться к виску.

— Всё пропустили! — Хольгер сердито ткнул Гедимина в бок. Тот, мигнув, наконец посмотрел туда, где должен был прожигать портал новый излучатель. Его работа была закончена — прямо в воздухе, на подсвеченном фоне, повисла иссиня-чёрная дыра со слабо мерцающими краями.