— Еще несколько минут. Обещаю.

Наклонившись, он целует мое обнаженное плечо.

— Я приду за тобой.

Мои глаза закрываются, когда он уходит, прикрывая за собой дверь, тело расслабляется на простынях.

И все же я почти не сплю. Не могу перестать думать о прошлой ночи и обо всем, что к ней привело.

Когда я лежу, завернувшись в простыни и вдыхая наш запах, я понимаю, что именно поэтому быть с Джастином так опасно. В одно мгновение, одним прикосновением, одним взглядом он может снять тяжесть мира с моих плеч. С ним мне не нужно думать о клубе, или о коллекторах, о Маркусе и его дерьме.

Он заставляет меня думать, что, может быть, у меня снова будет нормальная жизнь.

Он стал вопросом и ответом, началом и концом.

Он дает мне надежду.

Глава 19

Скарлет

Когда я, наконец, выбираюсь из постели, нахожу Коди, стоящего рядом с Джастином на кухне, и они шепчутся. Запах теста и подгоревших блинов разносится по кухне.

— Что вы двое задумали? — спрашиваю я, не в силах сдержать улыбку.

Взглянув на меня через плечо, Джастин поднимает лопаточку в воздух.

— Блинчики.

Рядом с ним Коди глотает все подряд, его губы вымазаны шоколадом.

— Они пригорают.

— Но тебе всё равно нравится, — смеется Джастин.

Подойдя к ним, я наклоняюсь над сковородкой, вдыхая запах топленого масла. Джастин очень осторожно скользит лопаточкой под блинчик, его костяшки пальцев бледнеют от напряжения. Его рука сжимает лопаточку, и даже не глядя, я могу сказать, что он сжимает челюсть.

— Хочешь, чтобы я взяла дело в свои руки? — спрашиваю я, слегка прижимаясь к его боку, и протягиваю руку, чтобы немного уменьшить огонь на плитке.

Его рот дергается, глаза на мгновение впиваются в меня, прежде чем вернуться к плите.

— Я сам.

— Нет, Джастин, пусть мама. Она сделает их получше.

Джастин качает головой и шепчет:

— Предатель, — протягивая мне лопаточку.

Я провожаю их обоих к столу, пока буду спасать наш завтрак. Через несколько минут, с тарелкой, уставленной шоколадными блинчиками, я выключаю плиту и протягиваю руку между Джастином и Коди, чтобы поставить их на стол. От внезапного прикосновения пальцев Джастина к моему бедру по спине пробегают мурашки.

Я смотрю на него, но он смотрит, как Коди выливает галлон кленового сиропа на блины. Как будто я сделана из цемента, я застываю на месте, пока его теплые пальцы медленно скользят по моей ноге, задевая кожу под краем пижамных шорт. Все мое тело сотрясает дрожь, пробегающую по позвоночнику. У меня непреодолимое желание остаться там и позволить пальцам исследовать себя.

Вместо этого, с большей силой воли, я отступаю от его прикосновения и практически падаю на свое место. Мне не нужно смотреть на Джастина, чтобы понять, что на его лице ленивая улыбка. Краем глаза я вижу, как он почесывает подбородок, пряча улыбку. Улыбка становится шире, когда я пинаю его под столом.

— Ешь свои блинчики, — шепчу я, пытаясь быть серьезной.

Сидя так близко, зная, что всего несколько часов назад я лежала под ним, мне трудно смотреть на него, не чувствуя жара. Это ребячество, глупость и фантастика. Если бы я могла сдержать это чувство, я бы это сделала. Может быть, положить его на полку на другой день.

После завтрака Джастин проверяет работу по ремонту двери.

— Там ничего не осталось? — спрашивает он, проверяя новые замки.

— Ничего.

— И ты никого не видела?

Я качаю головой.

Мышцы вокруг его челюсти напряглись, Джастин кивает в знак согласия. Я вижу, что он проигрывает это в голове, беспокоясь о каждой детали, переживая свою неуместную вину за то, что его здесь не было.

— Не знаешь, кто бы это мог быть? — спрашивает он, снова закрывая дверь. Он выжидающе смотрит на меня, но я ничего не могу сказать.

Как будто мои губы приклеены.

Маркус уже показал, что не прочь причинить вред мне или моим близким, и мысль о том, что что-то случится с Джастином, вызывает у меня отвращение. С другой стороны, я уже видела, на что способен Джастин, и часть меня глубоко внутри знает, что так же, как Маркус способен причинить вред, у Джастина тоже есть опасная сторона. Поэтому я лгу. И я ненавижу это.

— Нет.

Остаток утра он молчит, погруженный в свои мысли. Перед самым обедом он собирается уйти, натягивая куртку на плечи и поправляя ее. Покусывая внутреннюю сторону щеки, я смотрю, как он кладет ключи в карман вместе с телефоном и бумажником.

Почувствовав мое беспокойство, Джастин останавливается и подходит ближе.

— Я просто встречусь с некоторыми людьми. Я ненадолго, обещаю.

— Успеешь к торту?

— Конечно.

— Ты хочешь… — я облизываю губы, внезапно смущаясь. — Ты останешься на ночь?