Тогда пришлось поубавить азарт.

— Я тоже устала, просто никогда здесь не была, — ответила частично правду.

Гектор утащил во взрослые бассейны, рассчитанные, в первую очередь на молодежь.

Как только зашли по лестнице на второй этаж, я поняла почему для взрослых.

— Не желаешь снять? — ехидная морда двигалась впереди, но насмешливо обернулась в след одной из молодых девушек. Демонстративно оглядел объемную, голую грудь миниатюрной блондинки, что прошла мимо нас. Та, завидев Гектора, призывно заулыбалась. Ее грудь при ходьбе колыхалась и покачивалась. А Гектор продолжал за ней наблюдение.

Кобеля не знаю, что исправит. Палка, кнут и цепь.

Здесь женщины через одну без верха купальника. Я удивленно отметила бассейны, рассчитанные на небольшое количество гостей, где купались мужчины и девушки, занятые в тот момент страстными объятиями и поцелуями. Ах, эти Розы недоделанные!

На островке между бассейнами, как на пьедестале, располагался бар с искусственными пальмами из тростниковых ветвей, напоминавший бунгало на острове.

Одним словом, взрослые бассейны — это место распития алкоголя и занятия сексом. Пара купающихся в одном из миниатюрных бассейнов была страстно увлечена друг другом, настолько что девушка очень странно то поднималась из воды, то опускалась, сидя верхом на мужчине.

Очень откровенная и смущающая атмосфера приняла нас Гектором.

— Выпьешь что-нибудь? — равнодушно поинтересовался кавалер.

И опять его рука попыталась пробить преграду, нарушить границы, по-хозяйски легла на бедро. Я ускорилась и спустилась по лесенке в маленький пузырящийся бассейн.

— Сок клубничный, — каверзно улыбнулась.

Пусть, хоть треснет. Удивлюсь, если найдет.

Через двадцать минут я сидела и недовольно попивала клубничный сок через соломинку, а потом раздраженно крутила мякоть ягоды в бокале. Всё у него получалось. Хоть когда-нибудь не получалось?

Очень раздражали полуголые девы и ничего не стесняющиеся мужчины. Атмосфера царила грязно-развратная. Я лишний раз боялась поднять глаза от напитка или от чистой воды под носом.

А Гектор мало интересовался окружением, похоже ему нравилось наблюдать за моей реакцией, молчал, пил голубоватый коктейль.

— Ей богу, ты как из прошлого столетия вышла. Или под колпаком держали? Я думал в интернате обстановка более раскованная?

Вопрос вновь проигнорировала. Опасные хищные искорки появились в его взгляде, да и в жестах сквозила раскованность. Словно окунулся в свою среду, а меня, наоборот, напрягал звук поцелуев.

Телу стало жарко в собственной коже, хотелось ногтями содрать ее себя или кому-то позволить это сделать. Целующиеся и увлеченные пары действовали мощнее любого возбуждающего средства. Напиток мой вроде без алкоголя?

Щеки вспыхнули огнем, появилось огромное желание помахать рукой возле лица и согнать это ощущение. В очередной раз наткнулась на Розу, чью обнаженную грудь лапал мужчина, заставляя едва не извиваться на его ногах. Под пузырьками воды происходил процесс, который мне запомнился лишь болью.

Я резко отвернулась, опять рассматривая красный напиток в руках. Сосредоточилась на холодном стекле, желая получить успокоение или охлаждение.

— Вай, Гектор! — этот возглас явно принадлежал девушке.

— Вииии! — а это восторженная вторая девушка.

Донесся всплеск воды, а на голову опустился фонтан брызг, в глаза и нос попала вода. Я пока стирала и отплевывалась, поставила бокал на бортик, а потом увидела картину — мой предположительный «парень» в обнимку с двумя рыжими девушками. На одном плече — одна, тянула его на себя. На другой стороне — другая тянула, как любовный трофей.

Шея у него кренилась то влево то вправо, но Гектор стойко сохранял контроль — равновесие сидя в бассейне. А девушки идентичные по внешности, разницы между ними не заметно.

— А мы...— начала одна певчим голосом и присосалась округлыми губками к щеке Гектора.

— Соскучились, — добавила вторая и тоже засосала мужскую щеку.

Они дополняли слова друг друга? Одна начинала разговор, другая заканчивала.

Смотрите, помада разъест ему кожу. И донесся противный звук чмоканья.

Одна отсосалась, чтобы произнести Гектору в ухо:

— Ты больше не приходишь к нам, — и опять присосалась.

— Да вашу... — произнес Гектор, но, хочу заметить, мат сдержал. При мне не сдерживался. Высвободил с трудом руку от одной дамы, потом от другой. — Так! Спокойно! Кто малолеток сюда пустил?

Он обоих держал за руки чуть ниже плеча, отодвигая от себя.

— Андрюша пропустил, — жалобно поведала одна, надув губки уточкой, изображая обиженного ребенка, у которого отняли конфету.