– Что, и башмаки эти ужасные надевать? – скривился Принц.

Королева кивнула.

Принц переоделся в широкую рубаху и штаны, поёжился.

– Колется, – пожаловался он. – И штаны падают.

Королева вздохнула.

– На, подвяжи верёвкой.

Принц подвязал, и живот зачесался ещё сильнее. Стянув сукно с напольного зеркала, он оглядел себя в новом образе.

– И что, разве я похож на поварёнка?

Королева достала из кармана фартука ножницы.

– Повернись ко мне и наклони голову.

Принц всё понял. Ему стоило огромных усилий скрыть своё ликование. Он, тяжело вздохнув, склонился, и чёрные локоны посыпались на пол. Убрав ножницы, мать вынула из того же кармана пузырёк с маслом и намазала Принцу волосы. Она хотела уложить их назад, но некоторые чересчур укороченные пряди не слушались и торчали в стороны.

– А так я похож на шута, – сказал Принц, ещё раз поглядевшись в зеркало.

Королева неожиданно обняла его.

– Патрис, ты самое дорогое, что у меня есть… Помни об этом и береги себя.

– Не волнуйся, мам, – смутился Принц, – я справлюсь. А вот этот, как его, Робин? Блюститель может заметить подмену, и учитель тоже…

– Учитель уехал на заслуженные каникулы, а блюстителя я близко не подпущу.

Принц попытался отстраниться, но Королева не выпустила его.

– Прости, сынок, – продолжила она. – Это моя вина, что тебе придётся терпеть всё это. Я слишком рассчитывала на твоего дедушку, а сама не смогла придумать ничего лучше этой подмены.

– Да брось, мам, не такой уж я изнеженный. Я ж ходил с отцом в поход, три дня спал в шатре – ты не представляешь, как там тесно, и душно, и жёстко, и кормили ужасно, но я не жаловался… почти…

Королева улыбнулась сквозь слёзы.

– Что ж, пора. Пожалуйста, не выдай себя. Как бы тяжело ни было. Повторяй себе: в плену у Колдуна гораздо хуже.

И они отправились в часть дворца, занимаемую обслугой. Принц ни разу здесь не бывал. Он очень удивился, насколько низкие тут потолки. Двери в пустующие комнаты у многих были открыты настежь, и Принц успел заметить, что далеко не во всех имелись окна. Вообще, духота стояла страшная, и Принц уже хотел сказать Королеве, что не выдержит и дня в такой обстановке, но тут она без стука вошла в одну из комнат. И там кто-то вскрикнул от неожиданности. Заглянув внутрь, он увидел склонившихся в реверансе повариху Лили и женщину лет пятидесяти, по всей видимости, её мать. Да-да, у неё были такие же большие чёрные глаза, но если на свежем, румяном лице Лили они сверкали, то на худом, бледном лице матери – почти пугали.

– Роза! – Королева с трудом сдержала раздражение. – Я же сказала, никаких реверансов. Его высочество должен почувствовать себя самым обыкновенным…

Королева, не договорив, обратилась к Принцу:

– Здесь, дорогой, ты узнаешь, что такое труд. Это пойдёт тебе на пользу.

Она поцеловала его в голову и поспешила уйти, пока решимость ей не изменила.

Принц осмотрел комнату (кажется, его постель превосходила её по площади) и убогую обстановку: у одной стены стоял столик с масляной лампой, деревянная скамья, большой сундук, покрытый одеялом, а на другой стене были подвешены две широкие полки, на них зачем-то положили подушки.

– Где моя спальня? – поинтересовался Принц.

Роза смущённо указала на полку под потолком.

– Я буду спать на кухонной полке? – рассмеялся Принц. – А вы?

– Лили пониже, а я сплю на сундуке.

– Это очень смешно.

– Мы постелили вам, – вмешалась Лили, – то есть тебе, Робин, свежую постель. Нужно встать на мою, подтянуться, и ты там.

– У вас нет других комнат? – не мог поверить Принц.

Мама с дочкой покачали головами.

– Ну что ж, перевоспитываться так перевоспитываться, – вздохнул Принц. – А если я упаду во сне?

– Зачем? – удивилась Лили.

– Нечаянно.

– Робин никогда не падал.

– Он что, не ворочается во сне?

– Нет, – ответила Роза. – Мы так устаём за день, что засыпаем тут же, как только закрываем глаза.

– Ладно, посмотрим. А что здесь за запах? – поморщился Принц.

– За стеной кухня. Наверное, тянет оттуда. Ночная смена начала подготовку к празднеству.

– А-а. Ну, я пойду подышу воздухом.

– Мы в следующей смене, и нам пора ложиться, – сказала Роза и погасила лампу.

Наступила кромешная тьма.

– Откройте хотя бы дверь! – терял самообладание Принц. – Мы тут задохнёмся!

Роза приоткрыла дверь, и свет из коридора позволил Принцу разглядеть свою полку. Он ловко забрался наверх, и через минуту услышал тихое сопение Лили и прерывистое, сухое дыхание Розы. Но он, конечно, и не надеялся уснуть. Да, лежать на узкой, жёсткой полке без няниной сказки это просто пытка. А что, если за этот месяц ничего не случится и Колдун никак не проявится? А дедушка не вернётся? Сколько тогда придётся мучиться? Пока этот бездельник Робин наслаждается королевской жизнью. Но ничего, если станет совсем худо, можно пожаловаться маме, и она уступит. «В плену у Колдуна хуже», – вспомнил он её наказ. Что, спрашивается, может быть хуже? Разве Колдун позволил бы себе такое обращение с собственным правнуком? Но потом Принц вспомнил о башне, где пленники, подвешенные за ноги, проводят целую ночь в компании голодных летучих мышей, и от этой картины холодок побежал по спине, несмотря на жару и духоту. В таких метаниях Принц проёрзал часа два и сам не заметил, как уснул.