— Пойду первым, — сказал Дерел, спешиваясь.

Взяв коня под уздцы, он кинул второй повод Айрин, и осторожно ступил на потемневшие от времени и непогоды доски. Ощутив под копытами пружинящую и покачивающуюся поверхность, гнедой жеребец заартачился. Поглаживая и что-то нашёптывая, Ук-Мак успокоил его и очень медленно двинулся дальше.

Подумав, что лошадей придётся переводить по отдельности, Айрин спрыгнула на землю. Привязала пару коней к одному из двух столбов, к которым крепились канаты моста. Увидела, что рыцарь уже почти у другого края, и тоже повела коня по качающимся доскам.

— Айри, назад! — внезапно крикнул Дерел.

Принцесса, с опаской глядевшая под ноги, остановилась. Подняла голову. Круп лошади рыцаря закрывал обзор, но девушка всё же разглядела троих солдат в жёлтых накидках, целящихся в Ук-Мака из луков.

Обернувшись, Айрин увидела ещё четверых лучников, поднявшихся из высокой травы.

— Сзади тоже! — крикнула она рыцарю.

Тот раздосадовано выругался.

— Эй, вы! — раздался новый голос. — Медленно идите вперёд. Руки держите на виду. Потянетесь к оружию — утыкаем стрелами, как фанерного гуся на ярмарке!

Не сдвинувшись с места, Дерел посмотрел вниз, оценивая высоту. Пробормотав проклятье, крикнул:

— Айри, без глупостей!

И пошёл к солдатам, расставив пустые руки.

Как только он ступил на землю, к нему подскочили ещё двое солдат, прятавшихся в стороне. Повалили, связали руки за спиной, отобрали меч и кинжал. Чуть позже, то же проделали с Айрин. Один из лучников протрубил в рог.

— Дела неважные, Айри, — констатировал Ук-Мак, повернув голову к лежащей рядом девушке. — Наш уцелевший приятель позвал подмогу. Всё-таки следовало отправить мерзавца к демонам, чтобы те сожрали его гнилое сердце.

— Не говори так, — возразила принцесса. — Отпустив его, ты совершил доброе дело.

— И теперь мы за него расплачиваемся, — саркастично ответил рыцарь.

Принцесса хотела поспорить, но солдаты подняли их и потащили по мосту обратно.

Земля завибрировала от ударов множества копыт. Слева вдоль оврага двигались несколько всадников. Каждый наездник вел нескольких лошадей без седоков.

Оказавшись возле солдат, охранявших пленников, воин, возглавлявший кавалькаду, радостно воскликнул:

— Отличная работа, парни! Когда вернёмся в Маскрг — награжу каждого серебром! А тебе, Жеги, за то, что провёл коротким путём к мосту — коня и пять золотых! А сейчас не мешкайте. Барон ждёт!

Несмотря на солнечный свет, бивший в узкое, настежь распахнутое окно, в серебряном шандале на столе горели две толстые восковые свечи. Отец баронессы Нувы, почтенный Грам Ларди, назвал бы это мотовством. В глубине души Нува и сама считала так же. И одновременно испытывала восхитительно постыдное удовольствие от своей расточительности. Это было символом её дворянского достоинства, ведь аристократы не экономят на мелочах.

«Поэтому они и разоряются через одного, а потом ходят, одалживаются», — Нува словно наяву услышала неодобрительный голос отца. Именно так бы он и сказал.

Баронесса замерла на миг, разрываясь между бережливостью и жаждой излишеств. Нет, отец не прав. Она же зажгла лишь две свечи из трёх! Она может… должна соответствовать… Она ведь теперь дворянка!

Страдальчески закусив губу, Нува протянула руку и погасила левую свечу. Печально вздохнула и продолжила доклад:

— Торговые пошлины в этом месяце принесли на сто девяносто семь золотых больше, чем в прошлом…

Королева первое время удивлялась, из раза в раз наблюдая одну и ту же картину. Но потом перестала обращать внимание, решив, что это какой-то обряд гильдии торговцев. В конце концов, плотники трижды стучат обухом топора по бревну, изгоняя злых духов, прежде чем строить избу. Почему бы и купцам не гасить свечи при подсчёте доходов и расходов?

— Ещё в этом месяце выросли продажи мёда, — баронесса поднесла к глазам плотный лист бумаги, испещрённый мелкими буквами и цифрами. Листок Нува удерживала тремя пальцами, оттопырив выпрямленный мизинец. Ей казалось, что это придаёт её пухлым, украшенным массивными перстнями, рукам, подлинно аристократическое изящество. — Купцы из заморья берут его с удовольствием. И нам есть что предложить! И домашнего, и дикого, хвала богам, очень мно…

В дверь постучали. Королевский телохранитель выглянул. Посторонившись, впустил в комнату герцога Риана и мужчину в поношенной одежде деревенского охотника.

Разглядывая дядиного спутника, Оланна поймала себя на мысли, что уже видела его — только в кольчуге и со знаками герцогского гвардейца.

— Ваше величество, — поклонился Риан. — Срочные новости.

Королева кивнула:

— Говорите.

Охотник согнулся в поклоне.

— Ваше величество, мы проследили путь принцессы до нистрандской деревни под названием Мистов. Её высочество переночевала на тамошнем постоялом дворе… Нам удалось узнать, что в то время, когда принцесса находилась в деревне, там сражались войска Нистранда и Крагира.