В том числе коллега и лучший друг Дэниела. Он по-прежнему наблюдал за ней. Какие у него темные глаза, почти черные. Сюзанне казалось, что агент Пападопулос видит больше, чем он должен видеть.

Что ж, сегодня ему, конечно, было на что посмотреть. И другим тоже. Вскоре… Желудок Сюзанны судорожно сжался, и ей пришлось сосредоточиться, чтобы ее не вырвало. Вскоре вся страна узнает. Люди будут толпиться у кофейных автоматов и кулеров и судачить об ее отвратительных переживаниях.

Она достаточно наслушалась в своей жизни сплетен, и точно знала, как это происходит. Ты уже слышал? Во взгляде читается шок. О группе мужчин из Даттона, штат Джорджия, которые, будучи подростками тринадцать лет назад, накачивали девушек наркотиками и насиловали их? Один из них даже убил какую-то девушку! А еще они фотографировали изнасилования. Ты только представь себе, разве это не ужасно?

Да-да, еще как ужасно. Они делали бы пораженные лица, качали бы головами, но втайне надеялись бы, чтобы эти фотографии каким-то образом попали в интернет, где они могли бы якобы «случайно» на них наткнуться. Даттон, задумчиво пробормотал бы кто-то. Это случайно не та дыра, в которой неделю назад было убито несколько женщин? Да, именно та. А кроме того, это родной город Саймона Вартаняна, одного из насильников. Это он делал фотографии тринадцать лет назад. А еще на его счету куча зверски изувеченных трупов в Фильдельфии. Я слышал, что детективы, в конце концов, застрелили его.

Семнадцать погибших. В том числе и ее родители. Уничтожено бессчетное количество жизней. А я могла бы это предотвратить. Но не предотвратила. Боже мой! Почему я ничего не сделала? Внешне Сюзанна оставалась сдержанной и держащей эмоции под контролем, но внутри звучал голос маленького, перепуганного ребенка.

– Это, должно быть, очень тяжело, - пробормотал Пападопулос.

Его низкий голос вернул Сюзанну к действительности, она заморгала, когда поняла, кто она сейчас. Взрослая. Пользующийся уважением помощник прокурора. На стороне закона. Ну, да.

Сюзанна бросила на него короткий взгляд и снова уставилась в боковое зеркало. Тяжело дать название тому, что она только что сделала.

– Да, - ответила она. – Тяжело.

– Вы в порядке? – снова спросил Люк.

Ей хотелось фыркнуть в ответ и сказать, что нет. Но она не сказала.

– Да, спасибо. – Сюзанна знала, что по ее лицу ничего невозможно прочесть. Она умело строила хорошую мину при плохой игре, как и подобает дочери судьи Артура Вартаняна. То, что она не унаследовала генетически, она научилась у своего папочки, который, без сомнений, был искусным лжецом.

– Вы сделали все правильно, Сюзанна, - тихо произнес Пападопулос.

Да, конечно. Только с опозданием в тринадцать лет.

– Я знаю.

– С теми доказательствами, которые вы предоставили нам сегодня, мы сможем отправить за решетку трех насильников.

А их должно быть семь. Семеро. К сожалению, четверо уже мертвы, в том числе и Саймон. Надеюсь, все вы горите в аду.

– А тринадцать женщин смогут выступить наконец-то против своего обидчика, и тем самым справедливость восторжествует, - добавил он.

Их должно быть шестнадцать, но двое убиты, а третья наложила на себя руки. Нет, Сюзанна, жертва должна была быть одна. На тебе все должно было прекратиться.

Но она тогда ничего не сказала, и остаток жизни ей придется с этим мириться.

– Выступать против обидчика важно, если хочешь посадить его за решетку, - не терпящим возражения тоном произнесла Сюзанна. По крайней мере, так она говорила жертвам изнасилования, когда те колебались, давать ли показания в суде. До сих пор она в это верила. Но сегодня ее вера поколебалась.

– Полагаю, вы готовили к процессу многих жертв изнасилования. – Голос Люка звучал спокойно, но Сюзанна услышала в нем легкую дрожь, которую сочла за едва сдерживаемый гнев. – Могу себе представить, что это намного труднее, чем самому давать показания.

Опять прозвучало слово… труднее. Показания давать не то что трудно, это просто ад.

– Я уже говорила Дэниелу, что дам показания точно так же, как и другие жертвы, агент Пападопулос, - резко сказала Сюзанна. – Я ведь тоже к ним отношусь.

– Я в этом и не сомневался, - ответил он, но Сюзанна ему не поверила.

– Мой самолет в шесть. В аэропорту Атланты я должна быть в четыре. Вы едете в офис, не могли бы высадить меня по дороге?

Люк бросил на нее задумчивый взгляд:

– Вы хотите улететь сегодня?

– Из-за похорон родителей за прошлую неделю скопилась куча работы. С ней надо разобраться.

– Дэниел надеялся, что он еще с вами немного сможет поговорить.

Голос Сюзанны вновь затвердел от гнева.