Порывисто накрывает губы своими. Одновременно разводит коленом мои ноги в стороны, и я сгибаю их. Словно знаю, что именно надо делать…

Поцелуй лишает меня последних крупиц здравого смысла. Его мягкие губы быстро порабощают мои. Язык вторгается в рот, и ощущения вышибают остатки воздуха из лёгких. У меня начинает кружиться голова. Чувство такое, словно моё тело плывёт в невесомости.

Кирилл отстраняется, но только для того, чтобы снять с меня платье. Я послушно поднимаю руки вверх, и он стягивает его через голову. Бюстгальтер тоже сразу снимает. Проходится нежными поцелуями по моей груди. Прикусывает соски, а потом облизывает их и снова прикусывает.

В одну минуту он нежен, в другую — импульсивен и необуздан.

Когда вновь целует меня в губы, одновременно прижимается членом к моей промежности. Водит головкой вверх-вниз, немного углубляет, а потом опять проводит по лону…

Прикусив мою губу, облизывает и отстраняется. Сквозь тьму заглядывает мне в глаза.

— Я всегда пользуюсь презервативом, — говорит он негромко. — Иногда заморочен своим здоровьем, — хмыкает. — Но именно сегодня не хочу никаких резинок. Что ты на это скажешь?

Я молчу. У меня нет ответа на этот вопрос, потому что я и в самых заветных мечтах не думала о чём-то подобном.

— Делай, как считаешь нужным, — беспечно перекладываю на Кирилла ответственность.

У него есть опыт, у меня — никакого.

— Таблетки ты не пьёшь, верно? — уточняет Кирилл, и я качаю головой.

Все эти разговоры должны бы меня отрезвить или хотя бы заставить занервничать. Однако я странным образом спокойна, а моё тело дрожит от предвкушения.

Парень вновь меня целует, на этот раз трепетно и нежно. Я понимаю, что на этом разговоры окончены, и сейчас произойдёт то, что забыть уже не получится.

Его член застывает возле моего лона. Потом немного углубляется, принося сразу миллион ощущений. Но первое, что я понимаю — он с трудом во мне поместится. От этого становится немного страшно. Однако я развожу ноги ещё шире, стараясь показать, что ничего не боюсь.

Кирилл с большим трудом пробирается внутрь. Сантиметр за сантиметром… Медленно растягивает меня… Помогает выбраться из собственной темницы комплексов и неуверенности. Я ему благодарна.

Когда его член упирается в невидимый барьер, парень перестаёт меня целовать. Упирается лбом в мой лоб. Просовывает руки под меня и обхватывает талию. Я теснее прижимаю его за шею. Зажмуриваюсь… Но сразу распахиваю глаза и смотрю в глаза Кирилла. Мы оба тяжело дышим.

— Потерпи, — шепчет он возле моих губ и резко вторгается в меня до основания. Рвёт барьеры. Впивается в мои губы, заглушая крик. Потом покидает губы и шепчет: — Дыши… Всё хорошо… Сейчас тебе будет хорошо…

Немного подаётся назад, а потом вновь наполняет меня до основания. На этот раз крик превращается во всхлипывание, а после — в стон наслаждения.

С Кириллом не просто хорошо. С ним невероятно… Я понимаю желание всех девчонок с ним быть. Завладеть его вниманием. Переспать.

Теперь я хочу его ещё больше, чем хотела раньше…

Его неторопливые движения постепенно становятся настойчивее. Качая бёдрами, подаюсь навстречу его яростным толчкам и сгораю от желания получить ещё больше. Сама целую его в губы, притянув за затылок. Его язык дразнит мой язык, член вколачивается в меня, и внизу живота очень быстро образуется вихрь. Дрожь становится неконтролируемой. А когда взрываюсь на миллион частиц, мой стон врывается прямо ему в рот. И он словно выпивает его до дна.

Смещается с поцелуями к шее, покусывая кожу. Вновь возвращается к губам и двигается теперь медленно, но резко и глубоко. С его губ срывается хриплый стон. А потом, толкнувшись в последний раз, он порывисто из меня выходит. Тёплые капли его спермы прокладывают дорожку от клитора до пупка. И Кирилл буквально падает сверху…

Наше тяжёлое дыхание потихоньку выравнивается. Кирилл целует меня в висок. Проходится нежными поцелуями по щеке к губам.

Мне так хорошо просто лежать под ним, что я не хочу шевелиться. Не хочу уходить и совсем не прочь дождаться рассвета в его комнате. Чтобы Кирилл всё-таки посмотрел на меня. Смог увидеть моё лицо при утреннем свете. Возможно, я даже ему понравлюсь…

Однако он отстраняется и сползает в сторону. Я подавляю порыв притянуть его обратно и просто смотрю ему в лицо.

— Тебе надо в душ, — он проводит рукой по моему бедру, а потом по внутренней его стороне. — Нужно смыть кровь… Тебе не больно?

Сердце тает. Кирилл переживает за меня.

— Всё хорошо, — лгу без зазрения совести. Понимаю, что боль скоро пройдёт, а воспоминания останутся. И они хорошие. Потрясающие!

— Я даже не могу увидеть, какого цвета твои волосы, — задумчиво говорит Кирилл. — Но что-то мне подсказывает, что они светлые.

— Да, светлые…

— А глаза?

— Зелёные.