– Я чутко сплю, малышка, – Дитмар тянется к клавише и гасит свет. – И потом, я ведь тоже могу что-то сделать ночью.

Я ощущаю, как продавливается матрас с другой стороны. Массивное тяжелое тело заставляет кровать жалобно скрипнуть, а я отодвигаюсь так далеко, что едва не падаю на пол.

– Не глупи, – жестко и серьезно произносит он, показывая, что шутки закончились. – Я устал сегодня и скоро вырублюсь.

Кровать все-таки слишком маленькая. Мне мерещится, что я ощущаю его дыхание на своих щеках, пока он говорит. В полной темноте его присутствие обостряется, я вдруг чувствую себя загнанной в безнадежную ловушку. Я не вижу его и поэтому мне кажется, что он повсюду.

– Тебе нравится спать на весу? – он усмехается, заметив, что я забилась на самый край.

Дитмар не дожидается ответа и рывком притягивает меня к себе. Вдавливает мою спину в свою стальную грудь и подстраивает под себя так, что я прекрасно чувствую все то, что не стала разглядывать. Его член упирается в мою попку, а его руки тесно обвивают мою талию.

Он рычит и ругается матом.

– Дай мне свою ладонь, – произносит он над моим ухом.

– Что?

У меня сердце падает в бездну.

Дитмар же делает то, чего я совершенно не ожидаю. Он прикасается губами к моему виску, вбирая мой воздух. Он почти целует меня, но через мгновение вновь срывается на хриплые проклятья.

– Я хочу тебя, малышка, но не хочу делать больно. Помоги мне.

Он отбрасывает одеяло.

– Дай свою ладонь, – повторяет. – Сама.

Не знаю, что происходит в моей голове в этот момент, но я завожу ладонь назад. Дитмар обхватывает ее сильными крепкими пальцами и помогает мне найти его член. Он опускает мои пальчики на свое достоинство и хрипло выдыхает. Он возбуждается за мгновение, его член наливается кровью в моей ладони, я делаю плавное движение, скользя по длине. Дитмар помогает мне, сдавливает мои пальцы своими и задает темп.

Он наклоняется ко мне и ведет губами по моему плечу, неожиданно мягко и нежно. Из-за чего в моей душе скручивается коктейль невозможных эмоций, я вожу ладонью по его члену, закрыв глаза и боясь прислушиваться к его рычащим выдохам. Они действуют на меня неправильно, как и его горячие губы, я чувствую не то, что должна…

Он касается рукой моего живота, проводит по нему ладонью и уводит ее ниже. Тут же сжимаю ноги вместе, свожу их как можно сильнее, но для него это совершенно ничего не значит. Он уверенно разводит их в стороны и касается клитора, вырывая из горла стон удовольствия.

– Расслабься, Карина, – произносит он. – Я хочу, чтобы ты кончила. Ты же хочешь…

От стыда мое лицо наверняка покрывается краской. По крайней мере щеки горят, а сердце выстукивает в такт движениям его пальцев на клиторе. Я прячу лицо в своих волосах и мужских плечах. Касаюсь его кожи лбом и бесстыже развожу ноги шире. Его пальцы вытворяют что-то нереальное, космическое. Я вздрагиваю каждый раз, мое тело покрывается то мурашками, то его пробивает мелкая дрожь. К концу я не могу контролировать его, мотаю головой по подушке и хрипло стону, а после чувствую, как меня всю будто подбрасывает в невесомость. Глубоко из горла вырывается хриплый крик, который тут же подавляется поцелуем Дитмара.

Он забирает мой первый оргазм себе. Потом отбрасывает мои пальцы и отстраняется, кончая.

Я же подтягиваю одеяло до плеч и пытаюсь утихомирить собственное сердцебиение.

– Спи, – раздается прохладный голос Дитмара. – Меня завтра не будет почти весь день.

Утром я просыпаюсь одна.

Резко распахиваю глаза, вспышкой понимая, что прошлый день не приснился мне. Что меня действительно увезли из ночного клуба и закрыли в чужом доме. Сердце пропускает несколько ударов, а потом мои щеки заливает краска. Я вспоминаю то, что творилось ночью. Со мной и с моим телом…

Я опускаю ладони и провожу по коже, которую трогал Дитмар. Я помню, что дрожала и пылала под ним, я потерялась на несколько мгновений и испытала то, что не испытывала прежде. Он не взял меня, не стал моим первым мужчиной в полном смысле этого слова, но он первый мужчина, который показал мне, как чувствительно мое тело.

Я как будто узнала о себе новую правду… И она то ли злит меня, то ли завораживает.

Почему он такой?

Что ему вообще надо?

Он сказал, что хочет отомстить моему отцу. У него голос наливается стальной злостью, когда он заговаривает о моем отце, словно между ними случилось что-то личное, но при этом он сдерживается. Он же мог сделать со мной какие угодно грязные вещи. Он намного сильнее меня, черт, он намного сильнее большинства мужчин! Но что в душевой, что в спальне он не стал делать мне больно.

Что за странная месть?

Или она намного изощреннее, чем я могу пока понять?

Я резко поднимаюсь на ноги, прижимая одеяло к груди. Отец уже точно в курсе, что я пропала. Уверена, уже подняли весь город на ноги и ищут пропавшую Карину целыми патрулями. Я морщусь, представляя, как должно быть нервничает отец. У нас с ним много разногласий, но он все-таки мой папа и я прекрасно могу представить, в какой ярости он сейчас. А еще в панике. Я его единственная дочь, вообще семья, больше у него никого нет, если не брать в расчет сотни подчиненных и десятки шлюх. Но они его сейчас не утешат.