— У них не было и шанса. — Перевожу взгляд, рядом с ним два мужчины сидят на земле. — А эти что тут делают?

— Завербовал, как и обещал… — пожал он плечами. — Помогли хлопцы, действовали слаженно, но по принуждению, — хохотнул он. — Представляешь, там было не три человека, а шесть, трое чуть позже подкатили, вот я их и не засёк. А ты — краса… — Сашка замер, так и недоговорив. Просто перевёл на меня взгляд, кивнул, словно прощаясь, и резко закрыл собой мою жену.

Не знаю, как мне удалось так быстро оказаться на пути пуль — адреналин, наверное, помог, что воспламенил кровь и придал силы. Один рывок, звук автоматной очереди разрывает тишину в клочья, и мою спину обжигает боль. Я разворачиваюсь к стрелку и вскидываю руку, но она не слушается, и стрелок реагирует быстрее, угощая меня свинцом. Вновь боль, но уже груди. Сука, попал, кажется, в сердце.

Меня повело. Раздался одиночный выстрел — Сашка подсуетился. Стрелок упал.

— Вот и хорошо… — хриплю, захлёбываясь кровью, оседая на землю.

Ноги не держали, нужно немного полежать. Сейчас пройдёт. Дышать не могу, в глазах темнеет. Отчаянно цепляюсь за жизнь. Но что-то плохо выходит. Пытаюсь разглядеть, кто возле меня… кажется, Сашка… что-то говорит. А у меня в голове гул. Не могу разобрать слов, всё расплывается перед глазами.

И холодно. Очень холодно.

Это конец.

Подвёл я свою любовь.

— Прости… — пытаюсь сказать, а получается только хрип.

Ничего страшного, она поймёт. И Сашка… тоже. Он ей всё объяснит. Как он умеет.

Этот винтик нужен миру, теперь я отчётливо это осознал. Главное, что они оба живы. А я… Ничего страшного…ничего. Главное — они…

Только жаль, что не увижу своего малыша.

И матушку жаль…

Господи, как же мне их жалко.

А может, это и к лучшему?

Точно, так будет лучше.

Никому больше боль не причиню.

Да что же так холодно…

Когда на нас напали, решила сразу залечь и не мешать мужчинам, они уже давно вместе, значит, свои фишки имеются, а я только всё испорчу своей инициативой. Не могу сказать, что обмирала от страха, скорее, злая была на мудака, который подослал наёмников, а то, что те опытные, сразу догадалась по их действиям. Но я верила в своих мальчиков — они профи, с детства их натаскивали мой отец с дядей Егором. А это, могу сказать, ещё те наставники — спрашивали по полной за каждый промах.

Когда машина запылала, я лишь усмехнулась — поняла их манёвр: решили выиграть секунды для передислокации, значит, уже просчитали противника. Молодцы!

Нужно только подождать.

Примерно через одиннадцать минут, послышался шум за спиной. Повернула голову — Сашка, а с ним двое идут.

— Звезда, выползай из своего укрытия, всё кончено.

— Ну слава богу, а то я уже замерзать начала. — Август, конечно, месяц летний, но не так греет задницу, как июль. — А это кто? — показала глазами на мужчин.

— Наши несостоявшиеся убийцы.

Что?! Нафига он их привёл?

— Ага, и в самый последний момент у них совесть проснулась?

— Сидеть. — Сашка с ленцой отдал приказ, и те, как подкошенные, на задницу рухнули. — Нет у них совести. Просто я чертовски убедительный. — На его губах появилась обворожительная улыбка. — А ты молодец: ни истерик, ни ненужных телодвижений, чтобы осложнить нам задачу.

— Решила дать вам шанс проявить героизм…

Договорить мне не дали, Сашка схватил меня в охапку и рассмеялся в голос:

— Обожаю тебя, сестрёнка! Опаньки, а вот наш главный герой! Мы их сделали! — кричит моему Сашка, задорно смеясь, ещё сильнее прижимая меня к себе.

Я повернула голову, и сердце от счастья затрепетало. Иван с нежностью смотрел на нас, и улыбка на его лице такая… светлая, как много лет назад. Они с Сашкой принялись подкалывать друг друга, а я смотрела и любовалась, с жадностью впитывая каждую эмоцию любимого. Какой же он мужественный и надёжный! Как скала, с ним ничего не страшно, но главное — он мой и любит.

Неожиданно Иван замер, улыбка исчезла, как по волшебству, тревога и боль застыла в его глазах.

А дальше я ничего не поняла.

Сашка собой закрыл обзор и повалил меня на землю, страхуя рукой спину, чтобы я не ударилась. Звук автоматной очереди прозвучал как гром среди ясного неба, сердце тревожно забилось, и липкий страх, словно паутина, начал окутывать разум. Александр скатился с меня, когда вновь пальнули из автомата. Затем одиночный выстрел — Сашка стрелял, и тишина…

Я поборола оцепенение, приподнявшись на локтях, посмотрела туда, был до этого Ваня. Он стоял спиной ко мне, и на его рубашке проступала кровь. Я закрыла рукой рот, пытаясь сдержать крик, но завыла — мой муж пошатнулся и упал на колени, а затем рухнул, как подкошенный.