— Это сможем, — подключился Саня, — дай нам десять минут.

— Лучше пять, — мне не понравился шум снизу.

— Уже в пути, готовься.

Я еще раз выглянул вниз, даже спустился немного и выглянул в коридор. И то, что я увидел, мне не понравилось. Куча мертвых нашинкованных тел, среди них Мясник — опустился на одно колено, форма рваная в нескольких местах, в шею вцепилась какая-то тварь, про которую говорил Саня.

Действительно, похоже на клюв, только не торчит, выросший на лице, а вся голова, напоминает конус, разделенный примерно посередине. И руки такие же, будто кисть оторвана, а лучевая и локтевая кость превратились в самостоятельные гибкие отростки.

Еще два таких же клювохера кружили перед Мясником, дразня и кидаясь, когда тесак медленно проплывал мимо. М-да, закончилась у Халка батарейка, еще держится, но уже на морально-волевых. Я прицелился из ГМ и пустил снаряд выше и чуть дальше Мясника, в надежде зацепить монстров осколками. Судя по разлетевшимся кускам мяса из кучи трупов, мог и попасть, но явно не смертельно. Надеясь, что хоть пару минут еще выиграл Мяснику, вернулся наверх и надел свой счастливый броник. Почему счастливый? Не знаю, так спокойней было.

— На позиции, — зашумела рация, — Есть куда спрятаться? Не знаю, какой эффект будет, может, дважды придется бить.

— Есть, жгите! — я соскочил в подвал и отошел к стене, держа на прицеле коридор, где еще слышались потуги Мясника.

Рвануло над головой и в дыру влетело пылевое облако вместе с осколками, будто не в стену ударили, а прямо в комнату.

— Бля, Фаня, фо ты фнайпер, в окофко нафига бить?

— Космос, ты живой? — виновато спросил Саня. — Я тут промахнулся немного.

— Живой, тьфу, — я сплюнул пыль и хоть как-то попробовал очистить лицо и голову от мусора, — Давай еще!

Из коридора уже раздавались только звуки раздираемой плоти. Капец, отбегался Мясник. Страшно представить, что там за гиены, сколько там дури в челюстях, что они эту бронированную серую шкурку рвут.

— Готовься, не лезь, пока не скажу!

— Готов, валите стену нахер…скорее…

Я присел и вжался в угол возле стола, вцепился в гранатомет, направив его на дверь. Еще раз протер глаза, но только хуже сделал — от пота с пылью, начало щипать и чесаться. А в дверном проеме уже появилось два отростка. Мелькнул кончик клюва, но тварь не торопилась, прощупывая обстановку.

— Первая пошла…

Наверху раздался взрыв. По полу пошла легкая вибрация и опять прилетело облако пыли.

— Стой. Вторая щас…Вадик, прикрывай слева, несутся черти…

Рвануло. В этот момент выстрелил и я — осмелевший клювохер появился в проеме, как птица, повертел головой и уставился на меня.

— Все! Беги-беги-беги! Как выпрыгнешь, дуй на два часа.

Я рванул. Спотыкаясь на обломках, вскарабкался на первый этаж, закашлялся от дыма и пыли, ударился обо что-то, но разглядел неровное, подсвеченное закатным небом, отверстие в стене. Подскочил к нему, выбил ногой несколько торчащих кирпичей и боком вывалился наружу.

Рядом несколько оглушенных и раненых шаркунов. Куда бежать было понятно сразу, чуть справа за бетонным бортиком с низким забором виднелись брошенные машины, за которыми мелькнул белый бок «пираньи» и там же в два ствола кто-то поливал всю округу огнем.

Я почувствовал волну жара за спиной, обернулся на горящего монстра с распахнутым клювом и побежал к забору. Перемахнул его, и, скача по крышам автомобилей и уворачиваясь от тянущих руки шаркунов, понесся к «пиранье».

Меня заметили. Броневик дал по газам и стал набирать скорость, выезжая мне наперерез. В несколько прыжков, пока я гнался за медленно катившей «пираньей», а потом и юркнул в распахнутую заднюю дверь, Саня орал матом и стрелял куда-то мне за спину.

— Вадик, гони! Что же ты своих новых друзей там-то не оставил? — спросил Саня, закупоривая люки, — Ты как? Укусили?

Он кивнул мне на руку. На предплечье кровоточила ссадина, которую я даже не заметил, пока несся от больницы.

— Кто-то из гранатомета просто стрелять не умеет, я взял аптечку, — Зацепился, когда в дырку пролазил.

Что-то гулко ударило по крыше. Будто кто-то запрыгнул сверху, а теперь то бьет, то скребется.

— Черт, эти с щупальцами не отстают. Один на крыше, двое щас догонят. — Саня метался между смотровыми окошками, — Вадик, поднажми, родненький!

— Куда на фуй фать-то?

Я наскоро продезинфицировал рану и как мог, болтаясь по кузову на поворотах, забинтовался и стал связываться с Джерри.

— Джерри, прием! Груз у нас, куда ехать?

— У кого у вас? Мясник с тобой?

— Слышь, мышонок, ты совсем там ебанутый? — нервяк от посещения больницы еще не отпустил, а гости на крыше не добавляли миролибия ни к кому, тем более к Джерри.